Итог подвел прокурор Руднев. «Налицо умышленное убийство целой семьи, если не считать отсутствующего на тот момент главы семейства. Тот, кто совершил групповое убийство, был хорошо осведомлен о семье Южаковых, знал все ходы и выходы в их доме. Преступление спланировал заранее, тщательно готовился к нему. Совершив это дерзкое злодеяние, поджег дом в целях сокрытия преступления. Мы имеем дело с жестоким, хладнокровным убийцей, как здесь уже было замечено. Кто он? Каков мотив такого зверского убийства? На эти вопросы, Станислав Сергеевич, надо дать ответ в самые краткие сроки. — Прокурор посмотрел на Стрижев-ского, и тот в знак согласия кивнул. — Ход расследования взял под контроль прокурор области. Весьма обстоятельно следует допросить главу семейства. Мне представляется, именно он может пролить свет на некоторые обстоятельства, касающиеся этого дела. Очень важная улика — ключи. Поработайте в этом направлении, привлекая на помощь деревенских жителей...»

Рано утром в воскресенье следственная группа выехала в Осиновую Горку. Еще издали в клочьях утреннего тумана сотрудники заметили, что кто-то копается на пожарище. Подъехав поближе, увидели крепкого усатого мужчину лет тридцати пяти, в куртке из плащевки защитного цвета.

— Кто вы? — спросил Стрижевский, выйдя из машины.

— Сергей Васильевич Южаков, — ответил мужчина, не прекращая своего занятия.

Видя, что Южаков вполне владеет собой, Стрижевский представился, пригласил его в машину и, достав из папки бланки документов, приступил к допросу:

— Где вы работаете в настоящее время?

— В Брянске, в строительной организации СМУ-7 каменщиком.

— Где там живете?

— Снимаю комнату у старушки по адресу: улица Орловская, 87.

— Как часто вы навещали семью?

— Каждый выходной: субботу и воскресенье.

— Почему не приехали в этот раз?

— Обмывали с ребятами сдачу объекта в ресторане «Журавли».

— Когда вы узнали о смерти своих близких?

— Вчера днем получил телеграмму и вечером был уже в деревне.

— Какие отношения были у вас с женой, вы часто ссорились?

— Нормальные. Если были небольшие скандалы — мы быстро мирились.

— Не было ли у вашей семьи врагов, никто вам, жене, детям не угрожал?

— Нет, не припоминаю. Деревенские к нам относились хорошо.

— Не хранилось ли у вас дома большой суммы денег, драгоценностей?

— Нет, мы жили скромно, от получки до получки.

— У вас с собой были ключи от дома?

— Да, только от входной двери. Остальные хранились дома.

— А эти ключи вы раньше видели? — показал связку следователь.

— Нет, не видел.

— Вы осмотрели гараж, у вас ничего не пропало?

— Не могу сказать точно. Мне сейчас не до того...

— Кто бывал у вас в доме, в гараже?

— Заходили иногда деревенские, Миша бывал — племянник Светланы.

Стрижевский предложил Южакову прочесть показания и расписаться. Про себя следователь отметил, что он держится отменно. «Стальные нервы», — подумал Стрижевский, представив на миг себя на месте Южакова...

На следующий день, в понедельник, хоронили погибших — Светлану Южакову и ее двоих детей. Все село провожало их в последний путь. Сергей Южаков шел впереди с окаменелым лицом. Он смотрел под ноги, склонив голову, и, казалось, вот-вот упадет. Женщины плакали. Не выдержал и Южаков. Когда прощался с женой и детьми, зарыдал, стал просить у них прощения. «За что?» — недоумевал Стрижевский.

Попытки следователя узнать что-либо новое от Михаила Гусарова ничего не дали. Тот почти слово в слово повторил прежние показания. Стрижевский лишний раз убедился, что парень ошеломлен случившимся. «Как такое могло произойти? Что за зверь ворвался в дом? А если бы я в тот вечер не пошел на дискотеку, то тоже лежал бы в могиле?» — рассуждал вслух Гусаров. Но следователь думал иначе. Скорее всего, убийца не знал, что Гусаров приехал к Южаковым, что пошел в клуб. Окажись он дома, все могло бы обернуться по-другому...

Как ни старались Стрижевский и Карпенко зацепиться за какую-либо другую версию, ничего не получалось. Вопросы к Гусарову были исчерпаны, и его пришлось отпустить. К тому же парень и так едва держался на ногах. Потрясение было столь велико для него, что он уже три дня ничего не ел и не пил. Других лиц причастных прямо или косвенно к трагедии в Осиновой Горке по-прежнему не просматривалось. И, как принято говорить в таких случаях, следствие зашло в тупик.

Все это время капитан Карпенко проверял показания Сергея Южакова. Он выехал в Брянск и установил, что тот действительно с пятницы на субботу весь вечер находился с друзьями в ресторане «Журавли». Покинул он это увеселительное заведение около часа ночи. Таким образом, у него было железное алиби. Но Карпенко сомневался в каждом, у кого было неуязвимое алиби. Зачем невиновному алиби? А алиби себе Южаков будто бы готовил: не приехал впервые на выходной домой, пошел в ресторан и сидел там ровно до часу ночи, пока не случилась трагедия в Осиновой Горке.

И Карпенко стал копать дальше. Из беседы с квартирной хозяйкой Южакова он узнал, что Сергей однажды приходил домой с молодой девушкой. Вернее, девушка в дом не заходила — он оставил ее во дворе. Старушка увидела ее случайно, когда выносила мусор. Девушка стояла за углом ее дома и курила. «Что вы здесь делаете?» — спросила у нее старушка. «Сережу жду», — ответила та. Ни раньше, ни после старушка эту девушку не видела и с ней не знакома, но узнать ее смогла бы: курносая брюнетка с черными глазами и небольшой родинкой на верхней губе.