Двигатель глохнет, и в салоне становится неожиданно тихо.

Несколько секунд я просто смотрю на подъезд. Потом беру телефон.

— Ну… — говорю я чуть неловко. — Тогда я себе такси вызову.

Я уже почти открываю приложение, когда рядом раздаётся его голос.

— Не торопись.

Тихо.

Спокойно.

Я поворачиваю голову.

Он уже смотрит на меня.

И в этот раз во взгляде нет той ленивой отстранённости, которая была раньше. В нём что-то другое — тёмное, напряжённое, будто он всё это время сдерживал какое-то решение.

Он не говорит больше ничего.

Просто делает движение ко мне.

Быстро.

Его рука оказывается у меня на затылке, пальцы уверенно скользят в волосы, притягивая ближе. И прежде чем я успеваю что-то сказать или даже вдохнуть, он целует меня.

Жёстко.

Горячо.

По-настоящему.

Поцелуй обрушивается внезапно — не осторожный, не вопросительный. Скорее как удар волны. Его губы требовательные, почти грубые, будто он не собирался спрашивать разрешения у этой ночи.

Я чувствую его дыхание, тёплое и тяжёлое. Пальцы в волосах держат крепко, не больно, но так, что отстраниться невозможно даже если бы захотелось.

От него пахнет виски и холодным ночным воздухом.

И от этого всё становится ещё сильнее.

По коже проходит горячая дрожь — от затылка вниз, по спине, по рукам. Сердце вдруг начинает биться быстрее, как будто тело реагирует быстрее, чем успевает подумать голова.

Он целует так, будто ждал этого весь вечер.

Медленно отстраняется только через несколько секунд.

Он медленно отстраняется. Не совсем — между нами остаётся всего несколько сантиметров. Его рука всё ещё у меня в волосах, пальцы тяжёлые, тёплые, будто он и не собирается отпускать.

Я пытаюсь вдохнуть ровно, но дыхание всё ещё сбито. Сердце стучит слишком быстро, как после бега.

Он смотрит прямо в глаза.

Теперь его взгляд совсем другой. Не наблюдающий, не ленивый, как раньше. В нём что-то тёмное и уверенное, будто он уже давно всё понял.

Его большой палец медленно скользит по моей щеке, почти не касаясь.

— Ты идёшь со мной, — тихо говорит он.

Не вопрос.

Я чуть хмурюсь, будто пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией.

— Я…

Он слегка склоняет голову, продолжая смотреть прямо на меня.

— Я же вижу.

Голос низкий, спокойный, почти шёпотом.

— Ты хочешь.

От этих слов внутри будто снова проходит горячая волна. Я на секунду отвожу взгляд — не потому что хочу уйти, а потому что рядом с ним слишком много ощущений сразу.

Он не давит. Не тянет больше.

Просто смотрит.

Спокойно. Уверенно. Будто терпеливо ждёт, пока я сама сделаю шаг.

И это почему-то действует сильнее всего.

Я открываю дверь машины.

Холодный ночной воздух сразу касается лица, но мысли всё равно будто в лёгком тумане. Сердце всё ещё бьётся слишком громко, пальцы чуть дрожат, когда я закрываю дверь.

Я обхожу машину.

Он уже стоит у тротуара.

Высокий, тёмный силуэт под светом фонаря. Руки в карманах куртки, плечи расслаблены — но во всей его фигуре есть какая-то спокойная уверенность, будто он ни секунды не сомневался, что я выйду.

Я подхожу ближе.

На секунду поднимаю глаза.

Он смотрит так же внимательно, как и раньше, только теперь в этом взгляде нет дистанции.

Он чуть наклоняется ко мне, почти касаясь губами виска.

— Я так и думал, — тихо говорит он.

Потом разворачивается к подъезду.

И я иду за ним.

Я до сих пор не понимаю, зачем вышла из машины. Это вообще не про меня. Я не из тех, кто идёт ночью за почти незнакомым мужчиной только потому, что он посмотрел так, будто всё уже решено.

Но рядом с ним мысли как будто превращаются в кашу.

Я стою секунду у машины, ключи ещё в руке, и ловлю себя на ощущении, что всё происходит как будто немного в тумане. Он уже у подъезда, под фонарём — высокий тёмный силуэт, руки в карманах, и даже не оборачивается.

Как будто уверен, что я всё равно пойду.

И именно это бесит больше всего.

Я ведь могу сейчас просто сесть обратно в машину, уехать, вызвать такси и забыть про эту странную ночь.

Но вместо этого закрываю машину и иду к нему.