Проще уж тогда самому грохнуть Бориса…

— Хм-м?

Неожиданно возникшая идея показалась простой и эффективной, позволяющей избежать множества нежелательных последствий. Читать мысли трупа в Империи еще никто не научился, да и вряд ли это вообще возможно с научной точки зрения.

Проблема заключалась в том, что Гриднев тоже был не лыком шит. Криминальный авторитет прекрасно понимал, с кем водит дружбу, а потому предпочитал контактировать с начальником УКО исключительно в публичных местах, оснащенных подавителями способностей. Попытки назначить встречу на иной территории изначально были обречены на провал.

— Так… А что, если подстроить самоубийство пацана до истечения времени подачи доклада? — озвучил новую мысль Шерстобитов. — Якобы он был так сильно напуган, что не выдержал психологически.

Такой вариант выглядел куда заманчивей, но имел дополнительные нюансы. Как минимум прыгуна предстояло для начала найти, причем без официального использования ресурсов Управления. А это значило отправиться на поклон к руководителям смежных служб, объяснять ситуацию и частично вводить их в курс дела.

Нет. Хватит того, что Бессонова все знает!

Может ее тоже грохнуть?

Ага, сейчас же! Подстроить смерть бандита из гетто или инфантильного малолетки — куда ни шло. Но организовать покушение на графиню и по совместительству карателя экстра-класса, в кровь которой почти круглосуточно поступает фаль…

Проще уж себе пулю в лоб пустить.

А ведь есть еще два придурка из ее отряда…

— Едрить мое колено! Так и паранойю заработать недолго, — выругался он, запоздало осознавая, что Алена его никогда не сдаст.

Ведь у них давно сложился взаимовыгодный тандем и ей меньше всех было нужно, чтобы на его место пришел кто-то другой. Кто-то чистенький и исполнительный, который не станет терпеть причуды больной извращенки.

Шерстобитов протянул руку к телефону и выбрал в контактах имя «Борис». С минуту он слушал тишину, а затем раздраженно швырнул мобильник на стол:

— Ну кто бы сомневался!

— Дзинь! — прозвучало в ответ.

Он снова схватил трубку и нетерпеливо пробежался глазами по входящему сообщению. Отправителем оказался один из бойцов группы Бессоновой, которому удалось установить личность и домашний адрес фигуранта.

Палец сам потянулся к селектору:

— Ирочка?

— Слушаю, Сергей Алексеевич, — ответила секретарша.

— Набери Савельева. Пусть получит на складе два комплекта ментовской формы и немедленно дует ко мне. Размеры он знает.

— Хорошо.

Шерстобитов отпустил кнопку и задумчиво произнес:

— Надеюсь мозгами тебя природа наделила не так щедро, как способностями, кузнечик.

Не знаю, сколько я провел в отключке. Может быть пару минут, может десять. А может и все полчаса. Чувство времени словно исчезло; сознание отказывалось смириться с потерей друзей, упорно считая произошедшее каким-то дурным сном.

Вот сейчас открою глаза и…

И что? Они мертвы, придурок! Нет их больше. Пора бы принять новые вводные, да хорошенько подумать, как выгрести из образовавшегося дерьма.

Ментальный пинок отрезвил и заставил подняться с пола. По ощущениям мышцы ног практически не затекли, а значит можно было надеяться, что мое выпадение из реальности длилось недолго.

Валить из хаты! Валить прямо сейчас, пока меня не вычислили! Поразмышлять об обстоятельствах своего невероятного побега, как и погоревать о гибели друзей я смогу в более безопасном месте.

А где это «безопасное место»?

К черту! На ходу разберусь!

Меньше, чем через пять минут я стоял в прихожей со школьным рюкзаком, куда скидал самые необходимые вещи, вроде сменной одежды, зубной щетки, упаковки питательного порошка и прочей мелочевки. Хотел было прихватить смартфон, но вовремя сообразил, чем это может обернуться. В итоге кармашек мобильника занял диодный фонарик со встроенными часами, чтобы хоть как-то ориентироваться во времени.

Позаботился и о защите. Отработанная у местных гопарей выкидуха невесть какое оружие, но все же куда лучше, чем кухонный ножик, который пригоден только коробки с продуктовой смесью вскрывать.

Оставалось решить главную проблему — найти денег. Хотя бы на первое время.

Поразмыслив, я пришел к выводу, что более быстрого варианта, кроме как скинуть в ломбард что-нибудь ценное у меня нет. Пришлось сделать жутко постыдную вещь: стащить у матери серебряную цепочку с изумрудным кулончиком. Она надевала ее только по большим праздникам и не раз говорила, что однажды эта безделушка поможет нам пережить трудные времена.

— Прости, родная, для меня они уже наступили, — прошептал я, глядя на погруженную в виртуал маму. — Надеюсь ты поймешь…