Мама уставилась на неё. К счастью, она устала и хотела, чтобы её оставили в покое. Её обычная готовность к драке ослабла. «О, ты же знаешь, какие эти кормилицы…» Элена ждала. «Богатые женщины подбрасывают туда своих детей, и в половине случаев — так говорит Урсулина — они даже забывают, как дети выглядят.

Они понятия не имеют, принадлежит ли им то, что они получат через год или два».

«Я бы узнала Сосю Фавонию!»

«Конечно, ты бы так и поступила. С другой стороны…» Мама, которая не одобряла кормилиц, разразилась тирадой. «Конечно, некоторые женщины делают это нарочно. Они не хотят ещё одной беременности, поэтому, если у них рождается больной ребёнок, они берут его с собой и следят, чтобы кормилица заменила его, если случится беда…»

«Это ужасно».

«Нет, если это устраивает всех. Я бы с радостью обменяла несколько своих!» — хихикнула мама и пристально посмотрела на меня.

Елена Юстина откинулась на спинку сиденья и уставилась в потолок, поджав губы.

«И всё же, — решительно сказала Ма. — Мы точно знаем, что произошло в этом вашем случае».

«Мы делаем это?» — спросил я.

Мама говорила услужливо. «О, мы с Урсулиной всё это решили за тебя». Я медленно вздохнула, сдерживая свои ожидания. «Мы могли бы решить это за тебя ещё несколько дней назад».

«Ну, прости, почему ты ничего не сказала? Так, мамочка, в чём же твой грязный секрет?»

«Сынок, это же очевидно. Кто-то крадётся по лестнице при лунном свете».

"Что?"

«Эбуль и её дочь, наверное, знают. Эта женщина, Кальпурния, должно быть, обманула своего мужа. Молодец!» — хихикнула моя мать. «У неё, должно быть, был парень. Не спрашивай меня, кто — твоя работа — найти виновного. Друг её мужа или хорошенькая рабыня. Так что этот молодой человек, из-за которого вся суета…»

«Ее сын, Негринус?»

«Спроси их, Маркус. Держу пари, он не был ребёнком её мужа».

«Возможно, ты прав», — сказала Хелена. «Жена расстроила мужа, и он мог когда-нибудь узнать; сына лишили наследства; семью шантажировали. Сына прозвали Пташкой…»

«Он кукушка», — фыркнула мама. «Богатый кукушонок в роскошном гнезде».

Елена принесла маме домашние тапочки. Я приготовила ей тёплый напиток. Затем мы продолжили путь к Метелли. Возможно, мы собирались узнать их семейную тайну. Возможно, мы уже знали её.

С другой стороны, в этой семье все было не так просто.

Елена согласилась, что дети Кальпурнии Кары, скорее всего, еще таят в себе некоторые сюрпризы.

ЛВИ

Нас проводили в белый салон. В позолоченных лампах горели изысканные масла, отражаясь на изящной бронзовой Афродите в нише с матовой штукатуркой. Две сестры, Рубирия Юлиана и Рубирия Карина, щеголяли изысканными украшениями, расположившись в изящных позах на изысканно украшенном диване. Их мужья расположились на других плюшевых диванах по обе стороны от женщин. Негрин мрачно сидел рядом с Вергинием Лаконом, выставив ноги перед собой и уперев локти в колени; за Негрином сидел загорелый, коренастый мужчина, которого мы никогда раньше не видели. Мы с Еленой сели рядом с хмурым Канидианом Руфом, образовав полукруг. Мы оказались напротив незнакомца.

Он с любопытством посмотрел на нас, и мы ответили ему тем же.

Братья Камилл прибыли последними, хотя, к счастью, не слишком поздно. Они реабилитировались своей нарядностью. Каждый был в начищенных кожаных сапогах, тугих поясах и одинаковых белых туниках; в их общей опрятности я уловил руку матери. У обоих не было обычного пробора, и я предположил, что благородная Юлия Юста расчесала их обоих своим тонким костяным гребнем, прежде чем отпустить.

Юстин тут же кивнул в знак приветствия коренастому мужчине. Это подтвердило, что это был Юлий Александр, вольноотпущенник и земельный агент из Ланувия. Несмотря на борьбу за Персея, когда юноши заняли свободное место, Юстин сел рядом с вольноотпущенником. Оба облокотились на изогнутые подлокотники своих кушеток и вполголоса пробормотали о роковом обращении вигилов с привратником.

Молчаливые рабы разносили подносы с изысканными деликатесами, к которым мы обычно не прикасались, опасаясь, что они вдруг рассыплются в пальцах; другие приносили изящные серебряные напёрстки довольно сладкого белого вина. Разговор был недолгим.

Все ждали, когда дежурные уйдут. Карина подала сигнал раньше времени, и они исчезли. Люди пытались тайком найти место, куда бы выбросить свои маленькие винные бутылочки. Я наклонился и поставил бутылочки Хелены и свои на пол под диван, отчего у меня разболелась голова. Незаметно за моей спиной Хелена массировала мне рёбра. Она всегда знала, когда мне грозит…

издавая неприличную отрыжку.

Поскольку никто больше не хотел нарушать молчание, я начал: «Эта встреча, вероятно, состоялась после смерти вашей матери? Это дало вам возможность быть более открытым?»

Вергиний Лакон, худой, строгий и сдержанный, теперь, казалось, был главой семьи. «У нас давно существуют разногласия по поводу публичности одной ситуации».

«Кэлпурния хотела сохранить это в тайне?» — вежливо улыбнулся я. — «Если это поможет, Falco and Associates уже считают, что все ваши проблемы связаны с происхождением Бёрди».