Конечно, побег был не в стиле Идибала. Мы решили, что он предпочитает выкуп. Несомненно, если бы я когда-нибудь нашёл основания и доказательства, чтобы привести его к мировому судье, дружная и дружная семья снова взялась бы за дело и вытащила бы его из этой новой передряги – конечно же, деньгами. У меня было жуткое чувство, что я зря трачу время, пытаясь продолжать преследовать этих людей.

Я сообщил Идибалу, что остановился в доме специального посланника, отвечающего за осмотр недвижимости. Это придало мне приветливый, официальный вид. Я одарил молодого человека долгим, строгим взглядом, а затем, как обычно, дал замечательное предупреждение не покидать город, не предупредив меня.

Идибал был достаточно молод, чтобы добросовестно заверить меня, что он этого, конечно же, не сделает. И он был достаточно невинен, чтобы сделать вид, что действительно так считает.

ЛВ

Воздух был тёплым и сухим. Я дошёл до северного берега и поднялся на форум.

Если в Киренаике основные строительные материалы имели красноватые тона, то в городах Триполитании камни были золотистыми и серыми.

Лептис-Магна находилась так близко к берегу, что, войдя на форум, я всё ещё слышал, как волны разбиваются о белые, колышущиеся песчаные дюны позади меня. Шум форума должен был заглушить шум моря, но место было безлюдным.

Гражданский центр существовал с самых первых дней империи, поскольку главный храм был посвящён Риму и Августу. Здание стояло между храмами Либера Патера и Геркулеса, образуя довольно старомодный и провинциальный ансамбль для столь важного места. Хотя форум, возможно, и не являлся истинным сердцем Лептиса, он, по-видимому, находился в месте, где те, кто был знаком с

Город мог избежать его. Я посмотрел через мощёную площадь и осмотрел базилику и курию. Всё было в порядке. Для одного из крупнейших торговых портов мира это место было тихим уголком. Затем я пересёк залитую солнцем площадь и спросил в базилике, не было ли у них недавних дел, связанных с Сатурнином. Ответ был «нет». А как насчёт Каллиопа из Эи?

Нет, совсем нет. Знали ли они там судебного пристава по имени Романо? Опять же, нет.

Главный храм, стоявший прямо напротив, когда выходишь с форума, казался одновременно уютным и знакомым благодаря своим гладким ионическим колоннам, хотя между волютами были добавлены странные маленькие цветочные букетики. Я подошёл к зданию и спросил, не передают ли мне какое-нибудь послание.

Ответ был «нет». Я оставил свой адрес на случай, если придут Шилла или Хустино. Я также хотел оставить сообщение кому-то ещё, но не там.

Я вернулся по тихому переулку между храмами и общественными зданиями и направился в город. Там было больше движения.

Я шёл сквозь тени по левой стороне дороги, полого поднимавшейся от берега, в сопровождении нескольких мулов, навьюченных доверху, и шумных детей, толкавших тачки с весьма объёмистыми товарами. Закрытые лавки и скромные дома выстроились вдоль улиц, образующих довольно стройную сетку. Чем дальше я шёл, тем больше на улицах становилось движения. Наконец, я добрался до театра, а неподалёку – до рыночной площади, где наконец-то царила та суета, которую я ожидал увидеть в одном из крупных торговых городов.

Центральный рыночный зал мог похвастаться двумя элегантными, оживленными павильонами: одним круглым, в форме барабана, с арками, и другим – восьмиугольным, с коринфской колоннадой. Вероятно, их построили разные благотворители с разными градостроительными замыслами. Однако педантичная надпись возлагала ответственность на него за всё здание. Возможно, он поссорился со своим архитектором ещё до завершения работы.

Под навесами киосков на плоских каменных столах велась всевозможная торговля; главным образом, это была продажа хозяйственных товаров. Горох, чечевица и другие бобовые были сложены в кучи.

На фруктовых лотках и других прилавках, в пределах легкой досягаемости, выставлялись огромные горы инжира и фиников, а также миндаль и выпечка, рыба и зерновые. Сезон винограда ещё не наступил, но я нашёл виноградные листья; некоторые уже были фаршированы, другие – просто замаринованы, чтобы можно было взять домой и начинить по своему вкусу. Мясники, рекламируя себя грубыми рисунками коров, свиней, верблюдов и коз, точили ножи на верстаке в форме львиных лап в углу, где располагалось здание палаты мер и весов, а инспекторы, вытягивая шеи, следили за жаркой игрой в шашки, разыгрывавшейся на полу.

В двух кварталах от него другой миллионер из Лептиса построил торговый комплекс, посвящённый Венере Халкидской, где, казалось, злобные, беззубые, загорелые посредники, не имевшие ни времени поесть, ни желания бриться, заключали крупные экспортные контракты. Несомненно, это был рынок для крупных сделок: оливковое масло, солёная рыба, керамика и дикие животные, а также экзотические товары, привозимые кочевниками: тяжёлые тюки слоновой кости, чёрные рабы, драгоценные камни, птицы и другие дикие животные.