«Ему не понравится Бомбей».

Силлитоу наблюдал за ним из тени. Это ещё мягко сказано.

Когда они добрались до дома, было совсем темно, но дождь прекратился, и между облаками уже виднелись звезды.

«У меня к тебе просьба, Ричард».

Болито полуобернулся, положив руку на дверцу кареты. «Ну?»

«Тебе понадобится хороший флаг-лейтенант, когда ты займёшь свою следующую должность, раз уж молодой Дженур стал капитаном-любителем. Думаю, у меня есть подходящий кандидат». Он говорил так, словно улыбался в темноте. «Точнее, мой племянник. Сейчас он служит лейтенантом на старом «Канопусе». Корабль проходит капитальный ремонт в Норе».

«Мне бы хотелось его увидеть».

«Естественно. Я это устрою. Он не из тех напыщенных выскочек… он умён и образованнее многих, кто носит королевскую одежду».

«Ничего не обещаю». Странно было думать, что у Силлитоу есть племянник или вообще какие-либо родственники. Кэтрин рассказала ему, что Силлитоу знал её покойного мужа, виконта Сомервелла. Интересно, в какой роли он был. Игрок, дуэлянт или мошенник? Одно обычно влекло за собой другое. Но не Силлитоу. Он был слишком умён, слишком скрытен.

Он смотрел на тёмный дом. «Передай привет леди Кэтрин. Жаль, что её нет дома». Он постучал по крыше кареты. «Поехали!»

Болито коснулся его глаза. Он всегда доверял интуиции Кэтрин в отношении людей. «Подождём – увидим», – сказала она. Что касается Силлитоу, совет был разумным.

Экономка открыла дверь и сказала: «Я накрыла для вас стол, сэр Ричард».

«Спасибо, нет, у меня нет аппетита. Я пойду в нашу комнату».

Наша комната. Он закрыл за собой дверь и оглядел их другое убежище. Здесь были её духи; платье, которое она так часто надевала, ложась спать, потому что ему оно так нравилось, словно она могла войти в любой момент.

Он поспешил к окну, когда карета замедлила движение на углу улицы. Но карета проехала мимо дома. Их разлучили только потому, что она боялась, что его могут обвинить в том, что он проигнорировал приём. Хэметт-Паркер узнает, что он ушёл рано; ему также скажут, что они с Силлитоу были вместе. Он бросил тяжёлый фрак на стул и улыбнулся, представив, как возмутится Оззард.

Он лежал, глядя на танцующие тени, отбрасываемые одинокой свечой, и думал о том, как она стоит перед ним на коленях или лежит, беспорядочно разбросав по подушкам свои темные волосы, и ждет его, не стыдясь и даже гордясь телом, которое он будет исследовать до тех пор, пока не станет возможным больше откладывать.

Вскоре он уснул, и даже тогда она была с ним.

5. Никаких секретов

К середине августа 1809 года общее настроение населения Англии было апатичным и безразличным, за исключением тех, чьи близкие были на море или в армии за границей. После побед Уэлсли в Пиренейской войне и его возвращения домой для получения от короля титула герцога Веллингтона, настоящий враг, Франция, вдруг показался далёким. Только в лондонском Сити, в конторах и страховых компаниях, осознали истинный ущерб, нанесённый торговле и судоходству.

Болито дважды бывал в Адмиралтействе, где его встречали четверо их светлостей, двое из которых были старшими офицерами, а остальные – гражданскими лицами. Он был ошеломлён небрежностью, с которой, судя по всему, работала Адмиралтейская коллегия: каждую неделю эскадрильям и отдельным судам рассылались сотни инструкций и приказов, многие из которых к моменту доставки уже устарели.

Встретившись с Кэтрин, он был обеспокоен её нежеланием обсуждать визит в Зенорию. Он понял, что девушка всё ещё находится под впечатлением от семьи Кин, задыхается от их доброты; и когда они получили приглашение на крестины в Хэмпшире, он почувствовал, что настроение Кэтрин стало ещё хуже.

Он знал, что она обеспокоена отсутствием подтверждения его следующего назначения: известие об ухудшении здоровья Коллингвуда впервые сделало Средиземноморье возможным вариантом, и тем не менее Адмиралтейство, а некоторые говорили и сам король, чье психическое состояние, по слухам, ухудшалось, продолжали отклонить просьбу Коллингвуда об отзыве в Англию.

Он обсудил крестины с Кэтрин и еще больше почувствовал, что что-то не так.

Она прижалась к его ногам, спрятав лицо под волосами, и сказала: «Вэл так рад. Он хочет пригласить всех своих друзей, всех, кто сейчас в стране». Он услышал её нерешительность, когда она добавила: «Включая Адама».

«Это маловероятно, Кейт. Насколько я понимаю, у Анемон очень не хватает рабочих рук. Скорее всего, он будет искать замену вдали от берега. Капитан фрегата лучше всего себя чувствует, когда находится в море, и его не беспокоит адмирал!»

Она тихо сказала: «Тогда я благодарю Бога за это». Она посмотрела на него. «Я знаю, ты любишь его как сына, и я чувствую себя предательницей, когда говорю тебе такие вещи. Но я должна сказать тебе: мы поклялись, что не будет никаких секретов с самого начала».