Наверняка знает. Может быть, потому и привез ее, чтобы мотивировать меня приложить еще больше усилий и найти способ расширить пределы своих возможностей.

Мама была права: есть в нем что-то дурное, даже порочное. Он лжет, он оправдывает ложь, он манипулирует окружающими его людьми и причиняет им боль.

Когда он говорил о маме, то представил все так, будто она оставила его, потому что он был другим, потому что был выжившим. Он заставил меня почувствовать, что у нас с Каем нет шансов. Что если бы мама была жива, она испытывала ко мне те же чувства, что тогда к нему. Что почувствовала бы во мне такую же неправильность.

Но ее чувства к нему объяснялись не только тем, что он выживший, разве не так? Я теперь не та, что была, какой она меня знала, но совсем не такая, как Ксандер.

Чувствую, как понемногу отпускает напряжение, и на душе становится легче. Думать о маме всегда будет больно. Я всегда буду скучать по ней. Но если бы она была жива, то по-прежнему любила бы меня несмотря ни на что. И никакие странные, необъяснимые способности, присущие мне как выжившей, не могли бы этого изменить. Теперь я в этом уверена. Я сомневалась в этом только из-за Ксандера, он заставил меня усомниться в ней. И мое негодование от этого еще сильнее.

А что насчет Кая? Мы могли бы со всем разобраться. По крайней мере, даже если бы не смогли, то не потому что я такая, какая есть. Мы не обречены из-за одного только этого.

Кай тоже предупреждал меня в отношении Ксандера. Мне надо было прислушаться.

Одно я знаю точно: пора. Келли, Иона и я — нам нужно уйти отсюда.

Когда Джей-Джей мысленно зовет меня, я так пугаюсь, что сначала не отвечаю.

Он пробует еще раз. «Фрейя? Это ты?»

«Да! Это я, где ты? Близко?» — Я ощупываю пространство на предмет его местонахождения, но не нахожу ничего. Странно. Чтобы вот так разговаривать, он должен быть поблизости. Так где же он?

«Не совсем поблизости. Мне помогают с трансляцией». Теперь присоединяются и другие голоса, некоторые из них представляются — Беатрис, Елена, другие — старые друзья, Патрик, Зора.

«Я забеспокоился, когда не получил от тебя вестей, — говорит Джей-Джей. — Мы несколько дней пытались связаться с тобой; должно быть, ты только сейчас оказалась в пределах досягаемости».

«Где вы?»

«В Шотландии, на уединенной ферме. А ты где?»

«Только что миновала Карлайл. Направляюсь на север, к вам». — Я почти кричу, настолько велико облегчение. Я не знала, как собираюсь искать их, а они сами нашли меня.

«Фрейя? Ты как будто сама не своя. Что-то случилось?»

«Да», — отвечаю я, но дальше не могу найти слов. Вместо этого показываю им смерть Эзры, как ее видел Уилф. Мы теперь все вместе, успокаивают меня, и это так прекрасно, быть снова вместе, что на этот раз мне не удается сдержать слез.

«Просто прекрасно? Да я же великолепен, — говорит Джей-Джей и мысленно обнимает меня. — Чем мы можем помочь?»

«Хочу присоединиться к вам. И привести Уилфа».

«А как же Кай?»

«Он больше не с нами. — Я прячу за мысленным барьером, как мы с Уилфом сбежали, пока Кай спал, поскольку это не то, что мне хотелось бы сообщать всем. — Мне необходимо быть с вами, с такими, как я. И Уилфу тоже».

Люди, как я. Я знаю, это включает и Ксандера, и его Мультиверсум. Я вспоминаю тот день, когда встретила Ксандера: мы были в одной машине, когда мчались к летному полю, чтобы убежать от военных, только мы и водитель. Мы разговаривали во время той долгой поездки. Я не доверяла ему, да и как могло быть иначе, учитывая, какие чувства испытывал к нему Кай, но теперь я понимаю гораздо больше. Так много из того, что он говорил, оказалось правдой. Нам не место среди обычных людей. Они никогда не примут нас.

«Подожди секунду, мне надо кое-что проверить, — говорит Джей-Джей. Через минуту он возвращается. — Оставайтесь там, где вы есть. Один из нас приедет и заберет вас».

Септа у меня в голове. Я сажусь на кровати, не смея ни возражать, ни сопротивляться.

Она успокаивает, смягчает мой страх, но своими чувствами и словами, а не меняя мои чувства, как делала раньше. Поток ее мыслей и эмоций обрушивается на меня с такой быстротой, что я не успеваю даже уловить смысл. А потом… потом она говорит «прощай». И уходит.