— О, Петруха, закинь соплю за ухо. — Его появлению обрадовался Альберт, работавший раньше в «Росрезерве». — По делу, аль соскучился?

— Соскучился. До обеда надо время скоротать.

— Тебя перевели на наш уровень?

— Нет. Просто разговор намечается с некоторыми вашими. А я могу поймать их только на перерыве. — Уклончиво ответил Петр. — Что у вас в отделе нового? Куда катится научно-технический регресс?

— Под горку, набирая обороты. Подземные воды из-за высокой концентрации растворенных в ней солей просто съедают металл. А если там еще и температура благоприятствует, то он просто растворяется в ней. Вентиляция гниет, кабельные магистрали гниют, контакты зеленеют.

— Да я в курсе этих проблем. — Петр присел на свободный стул. — В целом, как настроение, перспективы?

— Нормально. — Альберт пожал плечами. — Трудимся, питание трехразовое, наружу трудиться не отправляют, что еще нужно. А у тебя проблемы какие-то?

— Нет, с чего ты взял? Всё хорошо, вычерчиваю план новых домов для расширения наружного поселения. Как подсохнут дороги, начнем возить плиты с развалин и строить из них дома. Начальство хочет довести сельское население до двух тысяч работников.

— Класс. — Оценил новость Альберт. — Скоро на столах будет свежий хлеб, картошка и капуста.

— Непременно.

Петр посмотрел на настенные часы. Время двигалось слишком медленно. Он перебросился еще репликами с Альбертом, его напарниками, после чего они углубились в работу, заключающуюся в приведении железных конструкций, покрытых окислами, в пригодное состояние. Это было шумно, а сильный химический запах раздражал нос.

— Атмосфера у вас тут не совсем здоровая. — Заметил Петр. — Пойду, пожалуй.

— Ну, заходи, если что. — Альберт пожал ему руку.

Петр снова вышел в коридор и решил подождать пилотов у дверей столовой. Она открылась ровно в час, распространив сквозняком по тоннелям запах еды, действующий на людей, как будильник. Они потянулись внутрь, загремели тарелками, столовыми приборами. Помещение наполнилось негромки разговорами. Петр сразу определил пилотов по несвойственной «кремлевскому» убежищу форме и синим нашивками. Пропустил их внутрь и зашел следом. Военные перешептывались между собой, обсуждая изобилие еды в столовой.

— Я последний раз так ел два года назад. — Признался один из них.

— А что ты хочешь, это самое главное убежище в стране. — Ответил ему напарник.

Петр дождался, когда они рассядутся. Взял картофельное пюре, котлету и компот и подошел к их столику. На него странно посмотрели.

— Мужики, у меня к вам разговор. Можно сяду?

— Сразу видно, не военный. — Усмехнулся один из них. — Разрешите.

— Разрешите, сяду. Дело чрезвычайной важности. — Петр ногой притянул стул от другого столика и, не дожидаясь разрешения, сел. — Дело такое, недалеко от вашей базы находится мой сын. Он с дедом вылетел на самолете со Ставрополья и, спасаясь от пекла, пролетел, сколько хватило топлива и сел в одной деревне. Мы это узнали от людей, которые зимовали в ней, а осенью добрались до вас. Инфа стопроцентная. Мы с женой хотим улететь с вами на базу в Энгельс, а оттуда какими-нибудь путями добраться до родных.

Военные переглянулись. Их взгляды выражали скепсис.

— Не получится. У нас полная загрузка. Ни килограмма лишнего, иначе вертолет не взлетит. Мы и так кое-что сняли с него, чтобы облегчить вес и взять дополнительные баки. А вас двое. Мы даже не оторвемся, а если и оторвемся, то не дотянем до родного аэродрома. А нас там очень ждут. Решаются вопросы стратегической важности.

— Слушайте, ребята, я все продумал. У нас есть два варианта. Первый. В той деревне, судя по снимкам, выращивают пшеницу. Я своими глазами видел зеленые поля. Уж три мешка зерна за меня с женой вам дадут.

— Не интересует. Знаешь сколько вертолет жрёт ценного керосина?

— Нет. — Честно признался Петр.

— Здесь мы по делу, поэтому топливо не играет такой роли. А вот лететь из-за трех мешков зерна даже за двести километров, это уже нецелесообразно.

— Тогда второй вариант. У вас есть неженатые члены команды, или вообще без отношений? — Поинтересовался Петр.

— Куда ты клонишь?

— Короче, пусть двое ваших останутся здесь, тут пилоты на вес золота, а мы с женой полетим вместо них. Я думаю, что мы будем весить даже меньше, чем два мужика. А?

Пилот, разговаривающий с Петром, рассмеялся.

— Ладно, юморист, повеселил. Нам твои предложения не интересны. Сочувствую, что ты поверил в такую возможность, но это твои проблемы.

— А что реально тут можно остаться? — Спросил молодой парень с татуировкой на кисти в виде руны.

— Конечно. Тут ценят специалистов. Мы с женой пришли сюда пешком и нас спокойно взяли, когда узнали, что мы архитекторы.

— Тураев, отставить. Закатай губу. — Прикрикнул старый пилот на молодого. — Я тебя взял сюда, я и верну назад.