— Ну, ещё не сбылась, — ухмыльнулся я. — Но ты на верном пути.

Мы вошли в просторный холл приёмного отделения. Возле стойки регистратуры стоял Анатолий Фёдорович и выдавал какие-то инструкции персоналу. Нас он заметил практически сразу.

— Оля, объясни новенькому, что, где и как, — отдал он распоряжение медсестре. — Он будет у нас числиться санитаром, но по факту — это ваш новый помощник. Гонять нещадно, чтобы ни разу стулом не воспользовался, должен познать все тяготы больничной жизни.

— Спасибо! — всё так же жизнерадостно сказал ему Константин.

— Ты дурачок, что ли? — спросил у парня Герасимов, смерив соответствующим взглядом.

— Почему это? — немного опешил парень, но улыбка с лица до конца не сошла.

— В смысле почему? — нахмурился Герасимов. — Я приказал на тебе пахать от рассвета до изнеможения, а ты радуешься.

— Я на это готов. Знал, куда шёл, — совершенно серьёзно ответил Константин.

Анатолий Фёдорович сжал губы, пристально глядя парню в глаза, потом одобрительно кивнул.

— Хорошо. Оля, забирай нового раба и гони на плантацию. Он пока свеженький.

— Иди за мной, — сказала ему молоденькая медсестра и взяла под руку, заставив паренька невольно засмущаться. Стоит признаться, с фигуркой у девушки все было в порядке, так что я его отчасти понимал. — Подберём тебе халат, переоденешься и скажу, что делать.

Герасимов проводил удаляющуюся парочку ехидной полуулыбкой. Потом повернулся ко мне и взглянул на мой новый протазан.

— А у тебя, я смотрю, появилась новая палка в монстрах ковырялка? — ухмыльнулся он, но по взгляду я понял, что внешний вид ему понравился.

— Навершие как раз из рога Красного медведя, — с улыбкой ответил я. — Как и этот нож на поясе. А ещё я принёс вам то, что обещал.

Я скинул рюкзак и нашёл пакет, где лежал кусок рога.

— Ого! — довольно улыбнулся Герасимов. — Неплохой такой кусочек. Кинжал из него, правда, не сделаешь, маловат. А вот как аккумулятор энергии с собой носить — самое то. Ты же с этой целью такой увесистый тесак сделал?

— Ну да, — ответил я.

Стало даже немного неудобно, что я ему принёс такой небольшой кусок. С другой стороны, он же сам сказал: «Принеси хотя бы кусочек». Вот я и принёс.

— Ты чего, расстроился, что ли? — мгновенно считал мои мысли заведующий. — Брось! Мне этого вполне достаточно, иначе пришлось бы свои тратить, а я это я ой как не люблю. Иди лучше переодевайся и дуй в лабораторию, наша красавица Евгения тобой уже интересовалась.

— Это она так рано пришла? — удивился я. — Насколько я помню, она обычно приходила впритык.

— Ага, не спалось, наверное, по тебе соскучилась, — усмехнулся Герасимов и снова повернулся к медсестре, которая замерла с листочком и ручкой, ожидая продолжения прерванных инструкций.

— Всё шутите, — пробормотал я, улыбаясь, и направился в ординаторскую.

Стоило мне войти в лабораторию, как Евгения встрепенулась и вскочила со своего места, где она изучала какой-то увесистый талмуд.

— Ваня, я, кажется, нашла! — воскликнула она и резко остановилась на полпути до меня.

— Заколку? — предположил я, надо же было с чего-то начать.

— Да какую заколку! — махнула она рукой и рассмеялась. — Нашла, какой эликсир можно сделать, чтобы гарантированно отключить пациента на время исцеления больших ран и переломов!

— Ну вот, а ты говоришь, что это невозможно, — улыбнулся я и пошёл вслед за ней к старинной книге, которую она, видимо, за ночь где-то откопала.

— Вот, смотри! — сказала она и ткнула пальцем в рецепт.

Я как раз открыл послание специалистов рода, которым я поручил разобраться в этой теме. То, что я увидел на странице книги, было отчасти похоже, но не совсем.

— Похоже, это эликсир, который на некоторое время угнетает психику, превращая человека в овощ, — сказал я. — Но ведь даже овощу может быть больно. Да и не хотелось бы последствий после применения.

— Опять тебе всё не так, — пробормотала девушка, нахмурившись и надув губки.

— Да, в общем-то, всё так, — сказал я. — Давай только добавим сильный обезболивающий компонент. Да и в целом слегка заменим компоненты на более эффективные и менее токсичные.

Я взял лист бумаги, ручку и написал рецепт, предоставленный мне нейроинтерфейсом.

Евгения повернула написанный мной рецепт к себе и начала изучать. Меня немного смутили её сдвинутые брови и чересчур серьёзный вид. Подумав пару минут, она медленно повернулась ко мне и посмотрела так пристально, словно хотела увидеть сквозь лицо мой мозг и то, как он работает.