По пути Эрик и Василий умудрились ещё отхватить по паре лещей, но в целом мы смогли выбраться на улицу относительно удачно. Я отвёл компанию в сторону к кустам и там уже начал залечивать ссадины и помогать рассасываться гематомам.

— Хорошо всё-таки, когда целитель есть под рукой, — усмехнулся Пётр, которому я в этот момент лечил рассечённую бровь. — Я так понимаю, мы бы там по-любому огребли, видимо, это официальная процедура прощания с приезжими охотниками. Слышал об этом от кого-то, но не воспринял всерьёз. Думал ерунда, обойдётся.

— Зато я теперь хорошо запомнил, — усмехнулся Матвей, поглаживая шишку на голове, куда ему приземлился кувшин из-под вина, разлетевшись от удара вдребезги.

— Хорошо хоть сэкономить получилось, — хохотнул Богдан, ощупывая распухшую губу и большой фингал под глазом. — Там сейчас некому заплатить.

— Нет, ребята, — покачал головой Пётр, — трактирщик и обслуга ни в чём не виноваты. Мы всё оплатим, только чуть позже, когда всё угомонится.

— Да вот прямо сейчас и угомонится, — сказал Эрик, когда без сирен, но с мигалками подъехали три машины полиции. — Сейчас резко сработает выключатель праздника.

Из машин высыпала дюжина полицейских и они трусцой вбежали в трактир. Тишина в нём наступила практически сразу.

Вблизи Аномалии законы более жёсткие и наказания тоже, поэтому отряд полицейских, в эффективности которого я сначала усомнился, быстро смог успокоить и местных, и приезжих. Загреметь в казематы на полмесяца за хулиганство — желающих было мало.

Всего троих вывели в итоге в наручниках, потом потихоньку заведение начали покидать более сговорчивые «участники боевых действий».

Многие, неудачно отдохнувшие, были в крови, и я поспешил им навстречу, представив, как сейчас вся эта толпа ломанётся в госпиталь и устроит там веселье на полночи.

— Заняться тебе нечем! — бросил мне вслед Эрик, но я его не слушал, его я уже вылечил, как и остальных.

Матвей понял меня с полуслова. Он собирал всех подранков и отводил в сторону, где я уже начал заниматься целительством — не оставлять же их тут валяться, когда я все равно тут.

Разбитые губы, сломанные носы, рассечённые брови, у троих особо скривившихся обнаружились сломанные рёбра. После исцеления меня в разной степени связности речи благодарили и уходили в темноту.

Пополнить запас энергии за счёт очистки от негативной энергии здесь не получится. Если у кого и было, то совсем немного. Поэтому разок пришлось помедитировать, так как страдальцев оказалось достаточно много, что неудивительно.

Когда ко мне подошёл следующий, то, разглядев меня в слабом свете фонаря, который находился от нас метрах в тридцати, он отшатнулся, выпучив глаза. Я его сразу вспомнил, мне пришлось сделать ему больно, но лицо ему точно не я подрихтовал, нашлись другие желающие.

— Ты меня испугался, что ли? — улыбнулся я. — Подходи, не бойся, я, правда, целитель.

— Вот уж не думал, что целители обладают такими приёмчиками, — пробубнил парень, но всё-таки подошёл ближе. — Ты меня извини, если что.

— Не переживай, я здесь самый целый из вас.

— Вот это-то и пугает, — ухмыльнулся парень, всматриваясь в моё лицо. — Мне кажется, что я тебя где-то видел.

— Если тебя после похода в Аномалию притаскивали в госпиталь, то точно видел, — улыбнулся я. — А теперь давай отставим разговоры и разберёмся с твоим лицом. Это не то, о чём ты подумал, я целитель.

Исцеление пострадавших в трактире «Хищный кролик» закончилось ближе к полуночи. Наши студенты стояли в сторонке и ждали, когда мы с Матвеем к ним подойдём.

— А вы чего по домам не расходитесь? — спросил я, подходя к четырём фигурам, затаившимся в тени разлапистого дерева.

— Хотели с вами по-нормальному попрощаться и поблагодарить, — сказал Пётр, делая шаг вперёд. — Только не думали, что ты так задержишься. Все время забываю, что ты целитель, — неловко улыбнулся он.

— Ну, попрощаться — понятно, а благодарить за что? — удивился я.

— Во-первых, вы помогли нам выйти из трактира с минимальными потерями, — улыбнулся Пётр. — Во-вторых, за то, что ты нас вылечил после этого замеса. Ну и самое главное — мы до последнего сомневались, уезжать или нет, а теперь точно решили.

— И какова наша роль в этом решении? — недоумённо посмотрев на него, спросил я. — Благодарить-то за что? Я вам такую идею не подкидывал.

— Мы посмотрели, как ты и Матвей дерётесь и как профессионально помогли нам оттуда выбраться, — сказал Петя и грустно вздохнул. — Нам до вашего уровня ох как далеко. Вот у вас есть реальные шансы продолжать развиваться вблизи или внутри Аномалии, а нам, я думаю, лучше и, правда, уехать, пока не нарвались на что-то серьезное. Да и времени до конца каникул осталось не так много и оно уходит зря, пока вход в Аномалию запрещён. Будем расти потихоньку без риска для жизни. Глядишь, может, когда-нибудь сюда и вернёмся.