Они пошли вдоль берега реки, пока не поравнялись с хижиной, а затем по узкой тропинке поднялись по склону.

— Загляни в хижину, — сказала Яна.

Пиа заглянула внутрь и увидела корову.

Она повернулась и усмехнулась матери:

— Ты её украла!

Яна кивнула.

— Прежде чем скотоводы добрались до берега.

— Но мы не можем её оставить, — сказала Пиа. — Другим она нужнее.

— Я думала, мы отдадим её Мо, — сказала Яна. — Она и Борт потеряли всё.

— Мо мертва, — сказала Пиа.

— О, нет!

— Её затоптало стадо. Я с трудом опознала её.

— Мне жаль, что её больше нет. Она была смелой.

— Смелость женщине на Ферме не очень-то помогает.

Яна задумалась.

— Мы отдадим корову Даффу. Его ферма на Полосе. Он, должно быть, всё потерял.

— Он, скорее всего, поделится с соседями, которые в таком же положении.

— Хорошо. Интересно, что будет завтра.

На этот вопрос у Пии был ответ.

— Старейшины скотоводов должны быть здесь до заката. Зед послал быстронога.

— Надеюсь, среди них будет мать Хана, — сказала Яна. — Может, она вправит людям мозги.

*

На следующий день Ани пересекала Великую Равнину вместе с Кеффом, Сефтом и Скаггой. Её зловеще поразило, как мало скота она видела. Джойа пыталась сосчитать их и, поскольку Ани не понимала чисел, упростила результат, сказав: «Там, где раньше у нас было четыре коровы, теперь одна». Ани была потрясена.

Только самые выносливые коровы телились, и число телят не покрывало даже числа тех, что забивали просто для прокорма скотоводов. В какой-то момент скота не останется вовсе.

Стадо на западе пострадало от того, что Трун распахал Полосу. Коровы теряли в весе, идя длинным обходным путём к реке. В хорошие времена с этим можно было мириться, но теперь это стало критически важно. Старейшины должны были найти решение.

Сначала они отправились к Старому Дубу. Зед ушёл, как сказала им Бидди, уводя стадо подальше от земледельцев, которые хотели захватить скот в качестве компенсации за свои потерянные посевы.

— Нелепая затея! — сказал Кефф. — Вор крадёт твой лук, а когда тот трескается, требует, чтобы ты дал ему новый!

Бидди пошла с ними к Полосе.

— Здесь была пшеница вам по бедро, — сказала она. — А теперь посмотрите.

Не осталось ничего, кроме вытоптанной земли.

Пиа и Яна встретили их, когда те пересекали Полосу. Пиа несла Олина, которому было уже почти полгода. Ани была в восторге, увидев своего младшего внука. Она взяла его у Пии, и он сказал: «Ба-ба-ба-ба», и попытался схватить её за нос.

— Он вылитый Хан в младенчестве, — сказала Ани.

Они подошли к дому Труна. Он ждал снаружи с Шеном, своим приспешником, и полудюжиной Молодых Псов. Ани это не испугало. Большинство земледельцев стояли вокруг, сгорая от любопытства, что же будет дальше.

Трун не предложил им воды. Он с ходу начал обвинять:

— Вы уничтожили посевы, и вы должны за это заплатить!

— Нам нужно найти способ, чтобы это не повторилось, — спокойно сказала Ани.

С этим Трун не мог не согласиться.

— Сефт придумал план, — сказала она.

На самом деле они с Сефтом разработали его вместе, но она знала, что Трун скорее примет предложение, исходящее от мужчины. Она возлагала большие надежды на этот компромисс, но Трун должен был его одобрить.

Трун ожидал спора о том, кто виноват, и не был готов к такому повороту разговора. Он лишь кивнул.

Ани посмотрела на Сефта. Она помнила, как он впервые появился в Излучье, красивый, но забитый юноша, покоривший сердце её дочери Ниин. Теперь он стал уважаемым человеком, одной из ведущих фигур среди скотоводов.

Сефт заговорил со спокойной уверенностью:

— Вам нужно возделывать Полосу, а нам нужно поить наш скот. Возможно, есть способ, чтобы мы оба получили то, что нам требуется. — Он сделал паузу. Земледельцы выглядели заинтересованными. — Скоту не нужна вся ширина Полосы, чтобы добраться до реки. Всё, что им нужно, — это тропа шириной около двадцати шагов.

— Чепуха, — сказал Трун. — Они сойдут с тропы, чтобы пожрать посевы.

— Совершенно верно, — спокойно сказал Сефт. — Именно поэтому нам нужно будет построить преграду из рва и насыпи между тропой и возделанными полями.

Трун по-прежнему выглядел угрюмым, но Ани видела, как некоторые земледельцы кивают.

Сефт продолжил:

— Ров должен быть достаточно глубоким, а насыпь — достаточно высокой, чтобы коровы не смогли преодолеть преграду.

Трун посмотрел на Полосу, словно представляя себе эту тропу.