Прямо в сердце.

Не в ментальное. В настоящее.

— Виктор! — крикнула Анна. — У тебя остановка сердца!

Мир моргнул.

Я вылетел из Обелиска.

Упал на холодный камень платформы.

В груди была дыра. Не физическая. Энергетическая.

Там, где должно быть сердце, теперь пульсировало то самое черное зерно.

Осколок Пророка.

Он не умер. Он спрятался.

Внутри меня.

— Черт… — прохрипел я, хватаясь за грудь. — Кажется, у нас осложнение.

Смерть была не черной. Она была серой.

Я висел под куполом зеленого света, который закрывал «Объект Ноль». Внизу, на черной платформе Обелиска, суетились маленькие фигурки.

Анна стояла на коленях, положив светящиеся руки на грудь тела, одетого в мой костюм.

Борис орал что-то, размахивая своей клешней.

Алиса тыкала пальцами в голографический интерфейс, пытаясь перезагрузить систему жизнеобеспечения.

А я смотрел на них сверху.

И мне было… спокойно.

Никакой боли. Никакого шума в голове. Никакой ответственности за три тысячи душ, которые я притащил в этот ад.

— Красиво, правда? — прошелестел голос рядом.

Я повернул голову. (У меня была голова? Нет, просто точка обзора).

Рядом со мной висело Семя.

Черная сфера, покрытая шипами. Она пульсировала в ритме моего остановившегося сердца.

— Ты умер, Виктор, — сказало Семя. Голос был похож на мой собственный, только старше и усталее. — Твое тело не выдержало. Слишком много магии. Слишком много стресса. Мотор сгорел.

— Я не умер, — возразил я мысленно. — Это клиническая смерть. У меня есть пять минут, пока мозг не начнет отключаться.

— Пять минут здесь — это вечность там. Посмотри на них. Они пытаются завести труп.

Я посмотрел вниз.

Анна ударила кулаком мне в грудь.

Разряд белого света.

Тело на платформе выгнулось дугой.

Но я ничего не почувствовал. Ни рывка, ни боли. Нить, связывающая душу с телом, была перерезана.

— Видишь? — Семя подплыло ближе. — Путь назад закрыт. Ты сжег мост, когда впустил меня.

— Ты — вирус, — констатировал я. — Ты заблокировал канал входа.

— Я — спасение.

Сфера начала раскрываться. Из неё потянулись тонкие черные нити. Они тянулись ко мне. К моей призрачной сущности.

— Твое тело мертво. Но твой разум… он великолепен. Прими меня. Стань Носителем. И я дам тебе новое тело. Не из мяса. Из чистой энергии. Ты станешь бессмертным. Ты станешь… Мной.

Я посмотрел на нити. Они были соблазнительными. Они обещали покой.

— Стать Пророком? И снова жрать детей, чтобы поддерживать жизнь? Нет, спасибо. Я на диете.

— Глупец. Ты думаешь, у тебя есть выбор? Ты уже заражен. Я в твоей крови. В твоей памяти.

Нити коснулись меня.

ХОЛОД.

Абсолютный, космический холод пронзил мою душу.

Я увидел будущее.

Я стою на вершине Обелиска. Мое тело — черная броня. Мои глаза — звезды.

Весь мир у моих ног. Империя пала. Гниль цветет на руинах городов.

И тишина.

Идеальная, мертвая тишина.

— Нравится? — спросило Семя.

— Скучно, — ответил я.

Я сосредоточился.

Я Реаниматолог. Я знаю, как запустить сердце.

Мне не нужен дефибриллятор. Мне нужен стимул.

Ярость.

Я вспомнил лицо отца, когда убивал его в Саду. Вспомнил глаза Легиона, когда он прыгнул в Луч.

Вспомнил Алису, которая осталась со мной, предав своих создателей.

— Я не сдохну здесь, — прорычал я. — Не сегодня.

Я представил Ожог Империи.

Не на руке. В душе.

Метка Власти. Клеймо, которое связывает меня с этим миром.

— Гори! — приказал я.

Призрачная рука вспыхнула белым огнем.

Я схватил черные нити Семени.

— А-А-А! — завопило оно. — ТЫ СЖИГАЕШЬ СЕБЯ!

— Я прижигаю рану!

Я рванул нити на себя.

Притянул Семя вплотную.

И ударил его лбом. (Ментальным лбом).

Ударная волна.

Меня швырнуло вниз.

Сквозь облака, сквозь зеленый купол, сквозь платформу.

Прямо в остывающее тело.

ВЗДОХ.

Воздух со свистом ворвался в легкие, раздирая альвеолы.

Ребра хрустнули.