— Конечно, папа, — не стал возражать Иван.

— Короче, завтра зови церемониймейстера, и пусть он отрабатывает свою немаленькую зарплату. Все должно быть в духе и традициях царствующего дома. Что касается помолвки, то сам поезжай к старику Дашкову и проси руки его дочери. Чтобы все было по-человечески, а не наскоком по Европам. За это тебе вся аристократия спасибо скажет и поддержит, если что. У нас хоть и не сословное общество, но аристократия никуда не делась, и дворянские собрания работают. И все эти бывшие купчики так и мечтают войти в высшую лигу, хоть и перекрасились в коммерсантов. Запомни — деньги решают многое, но все решает реальная власть. Ее отдавать этим коммерсам нельзя — просрут и продадут все, что Россия накопила за тысячу лет.

— Я это понимаю, папа, — склонил голову Иван.

— Ладно. Я что-то разговорился. Вот еще что — на помолвку преподнесешь невесте вот это кольцо, — тут он выложил на стол неброское кольцо с историей. — Это кольцо Будды. Его когда-то Николай Юсупов привез из Тибета. Оно освящено его именем, и все браки под его сенью были плодовитыми и счастливыми. Если кольцо примет твою невесту, то оно ее будет поддерживать — так говорил канцлер.

— Папа, так он жив?

— Его нет с нами в этом мире, — ответил бывший император.

Влад и его команда замерли в предвкушении старта. Легенда прикрытия, как всегда, отличалась незамысловатой гениальностью — испытания новейшей техники. Чем проще, тем надежнее — никто не подкопается.

Перед самым отрывом от Земли Влад предупредил: полет обзорный, не коммерческий, но на обратном пути они все же нырнут в астероидный пояс, чтобы хоть как-то оправдать затраты на это дорогостоящее межпланетное турне. На высоте в тридцать пять километров взревели ускорители, и корабль вырвался на орбиту. В тени Луны Малай запустил атомные двигатели, и Земля начала стремительно удаляться, уменьшаясь в размерах на обзорном экране. Траектория полета, прочерченная тонкой линией, упиралась в Юпитер и Сатурн. Согласно расчетам, до газовых гигантов они доберутся примерно через неделю, но вахты оставались обязательными. Никто еще не летал так далеко, и предусмотрительность не казалась лишней. Лунь вывел корабль на разгонную прямую, и Малай вдавил рычаг до упора. Вжатые в противоперегрузочные кресла, члены экипажа могли лишь беспомощно наблюдать, как корабль набирает предельную скорость — умопомрачительные 1200 километров в секунду. Перегрузка в 6G вдавила их в сиденья, словно в тиски. Спустя бесконечные мгновения двигатели стихли, и вместе с ними отступила давящая сила. Влад активировал генератор тяготения, установив его на две трети земного — простая, но эффективная экономия энергии. Освобожденные от пут кресел, все поспешили размять затёкшие конечности.

— Может, все-таки раскроешь нам суть нашей эпопеи? — поинтересовался Саня.

— Да просто глазком взглянуть, пофоткаться на фоне этих газовых гигантов. Заодно маяки и спутники оставим, чтобы Бабай информацию получал. Там же до нас никого не было, понятия не имеем, что нас там ждет. Вот и расставим вешки, — ответил Влад.

— Ясно. Высокобюджетная экскурсия, так сказать. И сколько у нас этих самых спутников?

— Дюжина. Все, что успел собрать. Повесим над спутниками Юпитера и Сатурна. Пусть пока собирают данные — у нас же только обрывки сведений от астрономов и радиофизиков. А тут будет чистая, неискаженная фактура. Потом обработаем и получим более-менее цельную картину, — пожал плечами Влад.

— Ладно, ученого из тебя не вытравишь. Может, подкрепимся чем-нибудь? Покажи класс своим кулинарным синтезатором. Ни разу из него не пробовал, хотя все хвалят. Готовить не надо, мечта холостяка и пенсионера.

— Это точно. Бабай сам себя превзошел, заложил такие программы, что от ресторанной стряпни не отличишь, — усмехнулся Влад.

Он подошел к аппарату, заботливо укрытому пленкой, сорвал ее, и взору предстал обтекаемый агрегат из полированного хрома и пластика. Влад включил его, давая прогреться всем системам, включая подогрев воды. Когда загорелся зеленый индикатор готовности, он приподнял плоский сенсорный экран и продемонстрировал, как выбирать блюда из высветившегося меню.

— Саня, зови девчонок, пусть сразу заказывают. Аппарат готовит одновременно четыре блюда, так что в очереди никто стоять не будет. А потом распишем вахты, — скомандовал он Юсупову.

Юсупов привел девушек, и все принялись колдовать над футуристическим устройством. Юнна выбрала рамён с курицей, Анюта — суп минестроне, а Саня ткнул в иконку «харчо острый». Хлеб все предпочли белый кавказский лаваш. Влад же заказал сборную мясную солянку и бородинский хлеб. Закуской служило овощное ассорти на общем блюде. Синтезатор высветил сообщение о времени приготовления — четыре минуты — и все расселись в ожидании.

Вскоре, собравшись за столом, экипаж приступил к трапезе. Одноразовая посуда и приборы после использования были отправлены в утилизатор. Экономия воды была под строгим контролем, поэтому никто не утруждал себя мытьем посуды под проточной водой. Оценив органолептические свойства обеда на твердую пятерку, приступили к чаю и кофе. Влад же, пользуясь привилегиями капитана, налил себе синий тоник, рецепт которого был загружен в память синтезатора из почтового модуля. Уж больно ему пришелся по вкусу этот экзотический напиток.

Влад, как капитан корабля, расписал вахты, и все, кроме заступившего на дежурство Юсупова, разбрелись по каютам. Бездельничать было некогда. Предстояло изучать базы данных и повышать компетенции. Лететь предстояло около недели, и Влад не собирался давать команде расслабляться.

Иван тем временем действовал в соответствии с наставлениями отца. Отправился к старику Воронцову-Дашкову просить руки его дочери. Оставил, как и полагалось, небольшой дар. Получив благословение, они с Настей устроили скромную помолвку в Кремле — только для самых близких. Настя впервые увидела всю семью Юсуповых, за исключением сорвиголовы Александра, который укатил к Вольфу на испытания очередного чуда техники, а также некоторых Романовых, посвященных в тайны Империи. После помолвки бывший император, взяв Настю за руку, повел ее в свои покои, где провел обряд клятвы крови, после которого она не могла прийти в себя двое суток. Венчание назначили на август, традиционно. В Большом театре в это время каникулы и гастроли завершены.