— Эй! — дергаюсь как от удара, ощущая, как ладонь Ильи беспардонно скользит ниже и сжимает мое бедро, но слов не хватает, чтобы выразить всё возмущение. — Что ты… — беспомощно рычу, сдерживая поток рвущихся из груди ругательств.

Интересно, Катя сильно расстроится, если я хорошенько заеду ее брату по лицу?

В этот момент мне кажется, что я уже достигла пика раздражения. Но вместо того, чтобы воплотить свои желания в действия, я замираю как зверек перед смертью, когда слышу низкий, до боли знакомый голос где-то за своей спиной.

— Руки убрал, — звучит коротко, резко.

Этот бархатный тембр я в жизни не спутаю ни с чем. Вжимаюсь в барную стойку, надеясь слиться с ней воедино, и боюсь поверить своим ушам. Для надежности еще и жмурюсь. Может, меня не заметят?

Голоса за спиной продолжают звучать. Один — требовательный, спокойный, но с явными нотками злости. Другой — оправдывающийся, неуверенный.

Музыка слишком громкая, и я не слышу всей перепалки. Но мне кажется, что я схожу с ума.

Это он? Здесь? Не может быть…

И всё же я не выдерживаю. Настороженно оборачиваюсь и убеждаюсь воочию.

Да, это действительно он. Мой босс — Роман Сергеевич.

Стоит позади, сверкая своими ледяными глазами, которые сейчас бросают молнии в Илью. Его сжатая челюсть, полная ярости, выглядит устрашающе.

— Все в порядке? — наконец, его взгляд встречается с моим, и я отворачиваюсь, чувствуя, как краснею.

Господи, почему он здесь? Почему в клубе? Почему сейчас?

Илья исчезает так быстро, что я этого даже не замечаю. Удивительно, как легко он потерял весь свой запал при виде моего босса. Однако теперь осталась другая проблема. Гораздо более сложная…

— Ты всегда такая неосторожная или это только по пятницам? — голос Романа звучит прямо над ухом, холодный и колкий. Его обжигающий взгляд проходит по мне насквозь.

Мне стоило бы поблагодарить его за то, что он вмешался, но вместо этого я чувствую раздражение.

Неужели нельзя просто помочь и потом молча уйти? Или хотя бы без нравоучений обойтись?

— А вы всегда такой вездесущий или это ваше новое хобби — следить за сотрудниками после работы? — я одергиваю себя, но голос всё равно звучит слишком резко.

Улыбка на его губах чуть дергается.

— Если бы я действительно следил, — он наклоняется чуть ниже, отчего я невольно отшатываюсь, — уверен, ты бы этого не заметила.

Меня передергивает от его самоуверенного тона. А еще от того, что он стал обращаться ко мне на «ты». Вдобавок вдруг становится неловко от его близости…

По позвоночнику пробегает странный озноб, но я тут же прогоняю это ощущение и отворачиваюсь. В этот момент замечаю подругу, которая возвращается откуда-то с сияющей улыбкой на лице.

О да. Спасение.

Не говоря ни слова больше, я рвусь с места, ускользая из-под испепеляющего взгляда босса, и налетаю на подругу. Схватив ее за руку, утягиваю за собой на танцпол.

Она смотрит на меня с удивлением, но ничего не говорит. Слишком громкая музыка, чтобы пытаться кричать. И правильно делает.

Громкий ритм наполняет всю атмосферу жужжанием, свет вращается прожекторами и мигает так, будто здесь эпицентр всей жизни. И я, наконец, более-менее расслабляюсь. Двигаюсь в такт, ощущая, как напряжение дня постепенно тает в движении. Но ощущение преследующего взгляда не отпускает. Я будто физически чувствую его — этот взгляд, который сверлит меня на расстоянии.

Оборачиваюсь, слегка прикусывая губу, и скольжу глазами по приглушенно освещенному залу. И да, мои догадки оправдываются.

Он стоит неподалеку, опершись на край боковой стойки. Его ослепительно белая рубашка выделяется в полумраке, наблюдающие глаза не сводят фокуса с меня. Черт…

— Что случилось? Ты будто ищешь кого-то, — слышу голос Кати и тут же начинаю отрицательно трясти головой.

Боже, как же нелепо и очевидно... И он ведь тоже успел заметить мое внимание к нему. Но даже эта мысль не остужает меня, и я снова оборачиваюсь.

Он не просто смотрит. Он наблюдает, буквально прожигает меня взглядом. И от этого хочется двигаться еще смелее…

Громкая музыка заполняет всё пространство вокруг, и я отключаю голову. Танцую, забывая обо всём, и растворяюсь в ритме. Я знаю, что не должна, но…

Бедра едва заметно покачиваются в такт, руки скользят по бокам, очерчивая изгибы тела, движения раскованные, на грани откровенных.

Прикосновения его взгляда к моей коже ощущается на физическом уровне. И, вместо того чтобы взбеситься и поставить точку, я поддаюсь этому ощущению.