На щеке осталось ощущение приятного прикосновения, оно чудесным образом помогало восстановить душевное равновесие. В последний раз меня в щёку целовала мама, но это было уже достаточно давно, почти забытое ощущение.

Друзья, словно ничего не заметили, с деловым видом разглядывали убитого Евгенией Василиска, в теле которого зияло два кратера от взорвавшихся стрел.

— Впечатляет, — задумчиво произнёс Стас, пытаясь измерить сломанной веткой глубину раны. — Странно, что не с первого раза он сдох.

— А может, и сдох бы, — усмехнулся Матвей. — Только чуть позже, ему просто шанса не дали.

— Ну раз уж так вышло, что вместо гиены нам попался Василиск, то надо добыть сердце и печень, — сказал я парням, после чего прозвучал дружный вздох. — А я пока добуду глаза и мозг. Работаем быстро.

Мы втроём принялись терзать тело массивного ящера, Евгению поставили следить за окружающей обстановкой.

— Если что, свисти, — сказал я ей, начав вскрывать череп ящера.

— Но я не умею, — сказала девушка, хлопая глазками.

Стас набрал воздуха, чтобы выдвинуть альтернативное предложение, но передумал. Усмехнулся себе под нос, покачал головой и продолжил сноровисто внедряться в ящера. Матвей прорубил внутрь не окно, а целую дверь своим мечом. Теперь парни осторожно, чтобы не перепачкаться, извлекали из монстра всё необходимое.

— Всё, можем идти, — сказал Стас, сложив трофеи в пакет и подвязав его к рюкзаку.

— А уже далеко идти и не надо, — сказал я, глянув на карту нейроинтерфейса. — Гиена сама к нам пришла. Евгения, твой выход.

Обратившись к девушке, я ткнул пальцем в сторону, откуда к нам подкрадывался хищник. Видимо, монстра привлёк запах крови Василиска. Если бы нам не нужны были её иглы, то ушли бы прочь, не мешая обедать.

Девушка взяла в руки лук и усиленную зельем стрелу, высматривая силуэт крупной твари в подлеске. Сначала я увидел покачивающиеся в такт неторопливым шагам иглы над кустами, потом из зарослей высунулась морда. Щелчок тетивы и взрыв. От головы гиены почти ничего не осталось. Правда, немного пострадали иглы на загривке.

— Эх, надо было в грудь стрелять, — сказала Женя, выкинув с десяток игл, когда мы начали ощипывать монстра. — Эти уже никуда не годятся.

— Не так страшно, — начал её успокаивать Матвей. — Тут их ещё много.

— Но всё равно стрелять из такой гаубицы лучше в грудь, — добавил Стас. — Возьми ты ещё чуть повыше и выбрасывать пришлось бы чуть ли не половину.

— Мне кажется, мы набрали сегодня достаточно, — сказал я, чтобы прервать ненужный спор. — А на будущее учтём — как-никак первая вылазка в таком составе. Идёмте на выход потихоньку.

Игл с двух гиен мы и, правда, набрали очень солидное количество. Было решено, что небольшую часть заберёт Стас и начинит их ядом, которого у него накопилось дома немало, а остальными займётся Евгения и превратит их в грозное оружие впечатляющей убойной силы.

— Но учтите, что всё равно это получится чувствительно слабее, чем мои стрелы, — сказала девушка, внимательно разглядывая пустотелую иглу. — Столько зелья я сюда не засуну.

— Да столько и не надо, — усмехнулся Матвей, судя по всему, вспоминая нанесённый последней гиене ущерб. — Даже если втрое меньше будет, то вполне достаточно. Такой стрелы для Игольчатого волка даже много будет, его на куски разорвёт. А я ведь правильно понял, магическую защиту монстров они пробивают?

— У Тигрового Василиска защита неплохая, насколько я знаю, — сказал я. — Ну а результат ты видел.

— Значит, на Лешего одной стрелы хватит, — сказал Матвей, довольно улыбаясь. — Вооружившись такими арбалетами, можно чуть ли не в сердце Аномалии идти.

— А ты много людей знаешь, кто туда ходил? — усмехнулся Стас. — Ты хоть знаешь, что это такое и что там обитает?

— Ну, в книжке читал, — пожал плечами Матвей.

— В книжке, — пробурчал Стас, качая головой. — Кто эти книжки писал? Откуда информация? Кто-то, наверное, из-за дерева выглянул, в штаны наложил и давай писать. И, разумеется, все подвиги себе приписывали, а не обычным бывалым охотникам, которым до этой писанины дела нет.

— Ты так говоришь, словно ты туда ходок, — недовольно нахмурился Матвей.

— Нет, — уже спокойнее сказал Стас. — И не горю желанием. Приключений на свою филейную часть ты можешь получить и далеко не доходя до так называемого сердца.

— Ну чего ты сразу завёлся? — возмутился Матвей. — Я просто хотел сказать, что благодаря алхимии и новому оружию мы сможем гораздо больше, вот и всё. Так что ты, Женя, уже можешь гордиться своими достижениями, я например, уже понял, что алхимия — далеко не пустое место.