— Если в нас живёт тьма, — Зена обернулась к Габриэль, на мгновение встретившись с ней взглядом, в котором читалась не только тревога, но и безграничная преданность, — то мы заставим её служить нам. Мы превратим этот огонь в наше оружие.

Символ на её руке вспыхнул, и свет разлился по поляне, выжигая тени. Тьма отступила, но не исчезла — она сжалась, свернулась кольцами, готовясь к новой атаке. Габриэль сделала шаг ближе, почти касаясь плеча Зены своим, черпая силы в этой близости.

— Тебе не нужно нести это бремя в одиночку, — тихо произнесла Габриэль, накрыв свободную ладонь Зены своей рукой. — Мы справимся. Если Лира успеет…

— Сейчас не время думать о “если”, — перебила Зена. — Сейчас время сражаться.

Она шагнула вперёд, к самому краю колодца. Вода в колодце была чёрной, как смола, и когда Зена наклонилась, чтобы заглянуть внутрь, поверхность зашевелилась, образуя лицо — искажённое, но узнаваемое.

— Это… я? — едва слышно выдохнула она, теряя опору под ногами.

— Зена, нет! Не верь его отражениям! — Габриэль рванулась вперёд, обхватив подругу за талию и с силой оттаскивая её от гибельного края.

Лицо в воде улыбнулось, но улыбка была чужой, жестокой. В тот же миг из колодца вырвался холодный пар, принявший форму костлявой руки. Пальцы потянулись к Зене, но она взмахнула мечом — и туман рассеялся с пронзительным визгом. На земле остался след — символ, выжженный в траве. Он пульсировал, словно сердце. Зена тяжело дышала, чувствуя на своей спине тепло рук Габриэль, которые не давали ей упасть в бездну — ни в прямую, ни в душевную.

— Они хотят, чтобы ты заглянула глубже. Чтобы ты увидела… себя, — тихо произнесла Габриэль, не отрывая взгляда от бурлящей водной глади, в которой отражалась не только тьма, но и их переплетённые тени.

— Себя? — голос Зены дрогнул, в нём перемешались нежность и затаённая боль.

— Или то, во что ты можешь превратиться, — Габриэль коснулась плеча воительницы, и это мимолётное движение отозвалось в сердце Зены громче любого сражения.

Королева воинов хранила молчание. Мрачная глубина колодца поглощала свет, но когда она обернулась к спутнице, в её глазах отражалась тьма колодца, но в глубине зрачков мелькнул алый отблеск.

— Ты вообразила, что любовь сделала тебя недосягаемой? — выплюнула двойник Зены, сочащаяся тьмой. — Ты думаешь, что победила. Но ты лишь часть плана. Ты — ключ, который откроет врата.

— Тогда пусть они останутся закрытыми, — Зена шагнула вперёд, заслоняя Габриэль собой.

Сталь меча рассекла душный воздух, и клинок вспыхнул ослепительно-белым пламенем, разрезая тень надвое. Колодец задрожал сильнее. Камни начали трескаться, выпуская клубы чёрного дыма. Из глубины донёсся звук — не крик, не стон, а что-то среднее, будто сама земля разрывалась на части.

— Беги! — крикнула Габриэль, хватая Зену за руку.

Однако Зена осталась неподвижна, словно вросшая в землю. Она обернулась к Габриэль, и в этом взгляде было безмолвное обещание.

— Нет. Я больше не буду бежать от своего прошлого или своего будущего. Мы покончим с этим здесь. Мы закроем это место. Навсегда.

Она подняла меч высоко над головой, и символ на её руке засиял так ярко, что даже тьма отступила. Габриэль поняла: это их шанс.

— До самого конца, — прошептала Габриэль, вскидывая посох.

Их силы слились — свет меча и свет посоха соединились в единый поток, ударив в колодец. Камни затрещали, трещины поползли по стенам, и колодец начал медленно закрываться, словно его затягивало невидимой рукой. Голос из глубины взвыл, но теперь его крик был полон бессильной ярости.

— Вы не сможете удержать меня! Я вернусь!

Зена притянула Габриэль ближе к себе, чувствуя её дыхание на своей щеке.

— Мы будем ждать, — бросила она в закрывающуюся пустоту.

Свет вспыхнул в последний раз, и колодец исчез. На его месте осталась лишь ровная площадка, покрытая мхом и лишайником, будто ничего и не было.

Зена медленно опустила меч, чувствуя, как по венам ещё течёт ледяной адреналин. Её пальцы отчётливо дрожали, и она поспешила сжать кулак, чтобы скрыть эту мимолётную слабость. Габриэль сделала глубокий, судорожный вдох. Её взгляд, устремлённый на подругу, был полон нежности и немого восторга.

— Мы его закрыли? — прошептала она, делая шаг ближе.

Зена обернулась, и жёсткие линии её лица смягчились. Она протянула руку и осторожно коснулась щеки Габриэль, стирая большим пальцем пятно пыли.