— Ли Цзюнь… прости меня… Ли Цзюнь…

Лянь сжал кулаки. С одной стороны, предателя не жалко. Он продал их всех. Из-за него караван попал в засаду. Из-за него они все здесь, в этом проклятом подземелье.

Но с другой стороны…

С другой стороны, то, что сектанты сделали с невестой У Фэна, показывало что для этих людей человеческая жизнь не стоила ничего. Абсолютно ничего. Они убивали без причины и сожаления. Они наслаждались страданием, и платили своим же подельникам чёрной неблагодарностью.

И если они так поступили с девушкой, которая даже не имела отношения к каравану, то что они сделают с самими купцами? Старик Хуан и Чень Бо могут мечтать и надеяться сколько угодно, но Лянь Мэй всё давно прекрасно понял. Он почувствовал, как холод разливается по его телу. Руки задрожали. Он прижал их к груди, пытаясь остановить дрожь.

Я умру здесь.

Я умру, и никто не узнает.

Жена будет ждать меня дома, но я не вернусь.

Дочери вырастут без отца.

Моё тело сгниёт в этих горах, и никто даже не похоронит меня по обрядам предков.

Отчаяние накрыло его волной, такой сильной, что он едва мог дышать.

Лянь закрыл глаза и, сам не зная почему, начал молиться.

Он никогда не был религиозным человеком. Купцы редко бывали религиозными: они верили в золото и серебро больше, чем в богов. Но сейчас, в этой тьме…

«О боги Золота и Богатства, — мысленно обратился он. — Я знаю, что редко молился вам. Я знаю, что жил не самой праведной жизнью. Я обманывал, завышал цены, давал взятки…»

Он сглотнул.

«…Но прошу вас. Умоляю. Спасите меня. Спасите нас. Я обещаю… клянусь… что встану на праведный путь. Буду честным торговцем. Буду помогать бедным. Буду жертвовать храмам. Я позабочусь о семье У Фэна и о нём самом, когда над ним свершится человеческое правосудие, ведь Небеса уже наказали его… Только… только спасите…»

А потом, почти против воли, другая мысль пришла в его голову. О юноше с золотыми глазами, который двигался как хищник.

«…И Белый Тигр, — добавил он мысленно. — Великий покровитель Запада, хранитель металла и ревнитель справедливости. Если ты существуешь… если ты слышишь молитвы таких жалких людей как я… Прошу, пошли нам спасение…»

Тишина.

Только падение капель воды где-то вдалеке, тихое всхлипывание Чэнь Бо и протяжный вой У Фэна из соседней камеры. Лянь открыл глаза и посмотрел на зелёные факелы на стенах. Их пламя мерцало, отбрасывая уродливые тени.

Конечно, боги не ответили. Зачем им нисходить к грязным и мелким людишкам, обуреваемым страстями? Он был просто купцом. Обычным человеком и грешником. Почему боги должны обращать на него внимание?

Он опустил голову, прижав подбородок к груди, и тихо заплакал…

Неожиданная встреча

Тао Цзя вышел из расщелины в скале и остановился, жадно вдыхая воздух.

Свобода!

Чистый и холодный горный воздух, без запаха крови и вони скверны. Он закрыл глаза, подняв лицо к небу, раскинул руки и просто дышал.

Живой… По-настоящему живой! Он снова спасся!

Тао открыл глаза и огляделся. Вокруг расстилались пустынные скалы, покрытые редкими пятнами жёсткой травы и колючих кустарников. Серый камень, местами испещрённый трещинами от дождей. Ветер гулял между валунами, колыша травы и сухие листья.

Пустынно, безжизненно и абсолютно прекрасно!

Потому что он был снаружи, а не в клетке. Под солнцем, а не в плену. Ци текла по телу свободно, без игл и ограничивающих печатей.

Тао прошёл несколько шагов от входа в пещеру, нашёл плоский камень и опустился на него с тяжёлым вздохом. Всё тело ныло от усталости. Использование ци для закрытия проходов истощило его сильнее, чем он ожидал. Даже медитация в пещере с водой не восстановила его полностью.

— Старею, — выдохнул Тао.

Нужен был настоящий отдых. День или два без беготни и драк. Он вытер рукавом лысину, на которой выступили капли пота, несмотря на холодный горный ветер, и посмотрел в сторону, куда ушёл Ли Инфэн.

Юноша уже давно скрылся за выступом скалы, направляясь обратно к крепости.

Он шёл навстречу верной смерти.

Что за глупец!

Тао покачал головой и вздохнул, обращаясь к небесам:

— Вот скажите мне, уважаемые Небеса, вам всё сверху видно, почему молодёжь в наши дни совсем ничего не слушает? — проговорил он вслух, глядя на облака. — Объясняешь им всё спокойно, по пунктам. Рассказываешь, как выжить. Делишься мудростью, накопленной за сорок лет в этой проклятой профессии. А они что? Кивают головой, говорят «спасибо за наставления, старший брат», а потом идут и делают ровно наоборот!