Нити моей энергии потянулись вперед, невидимые и тонкие как паутина. Мне надо было знать, нет ли ловушек или ещё каких-то подлостей. Я ожидал от сектантов чего угодно, и они меня не разочаровали.

Храм был не просто строением из камня. Он был живым. Не в прямом смысле, не как человек или зверь, но он… пульсировал скверной. Дышал и жил какой-то извращенной, неправильной жизнью, поглощая всю ци в округе. Сквера проросла в нём, как плесень, окутывая камни.

Я послал нити ци дальше, осторожно, стараясь не привлекать внимания.

Перед моим внутренним взором предстала чёткая картина: природная ци стекалась к храму со всех сторон. Тонкие ручейки энергии, почти невидимые, тянулись из окружающих гор, из земли и воздуха. Медленно, неуклонно, они текли к красно-черному строению, словно вода стремится в воронку водоворота.

Вот почему в горах вокруг было так мало жизни! Вот почему я не мог нормально восстановить силы во время медитации.

Храм высасывал ци из всего живого вокруг, как гигантская чёрная пиявка, впившаяся в само тело мира.

Я проследил за одним из потоков, наблюдая, куда он течет.

Энергия достигала стен храма и… исчезала. Просто растворялась, словно ее никогда не было. Нет, не растворялась. Её поглощало и пожирало нечто внутри.

Тигр зарычал:

Это место неправильное. Оно не должно существовать! Мы должны уничтожить его!

Я согласился с ним. Храм был как рана на теле земли, гноящаяся и отравляющая все вокруг.

Я попытался проникнуть нитями ци глубже, за стены, чтобы почувствовать, что там внутри.

Моя энергия скользнула вдоль каменной кладки, просачиваясь сквозь трещины. Я почувствовал холод камня, пропитанного скверной, почувствовал следы крови, впитавшейся в породу за долгие годы и… остро почувствовал чужую боль!

Я дернулся, едва не потеряв концентрацию!

Внутри храма были живые существа, но искаженные, сломанные, превращенные в нечто ужасное. Их боль и страдание были настолько сильными, что эхом отдавались в духовном пространстве.

Мерзости!

Десятки, может, сотни мерзостей, заточенных внутри. Некоторые в клетках, некоторые на цепях, некоторые просто бродили по коридорам, как охранники.

А глубже…

…Я не мог понять, что именно. Моих навыков не хватало, чтобы проникнуть так далеко, но я чувствовал чьё-то присутствие, древнее и голодное.

Нечто сидело в самом сердце храма, в подземелье, и ждало. Ждало жертв и крови. Его медленное внимание начало сосредотачиваться на мне… Я отшатнулся и поспешил убрать свою энергию прочь. Не хватало, чтобы меня затянуло туда!

Я попытался ощупать нитью ци ворота и стену храма, чтобы понять, как работает защита и найти слабые места, и наткнулся на барьер.

Невидимая стена из темной энергии вспыхнула передо мной. Она была плотной, непроницаемой, сплетенной из множества темных нитей. Я попробовал просочиться сквозь нее, найти брешь, но у меня не хватило сил.

Я видел трепещущие слабым светом места. Это явно была сигнализация. Надо было понять, на что она реагирует, чтобы посчитать меня своим. У сектантов был какой-то пропуск, да и в самом храме они свободно ходили среди мерзостей и те не накидывались на людей… Знать бы что и это и как его добыть.

Я почувствовал, что устал. Пришлось оборвать связь, призывая свою ци обратно. Нити энергии втянулись в мое тело, и я открыл глаза, тяжело дыша. Сердце колотилось в груди. По спине стекал холодный пот. Я потратил довольно много сил…

Я сглотнул, пытаясь успокоиться.

Значит, духовное восприятие не сработает. Стоит мне попытаться исследовать храм изнутри своей ци, и нечто там внутри поднимет тревогу.

Нужен был другой подход.

Я осторожно выглянул из-за валуна, на этот раз используя обычное зрение вместо духовного.

Оглядел храм внимательнее.

Стены были высокими и широкими, в ширину около четырех шагов. На них патрулировали сектанты. Я насчитал как минимум двадцать фигур в темных одеждах с красными полумесяцами на груди. Они двигались размеренно, с интервалом в несколько десятков шагов друг от друга, обходя периметр по часовой стрелке.

Когда один сектант останавливался и оборачивался, остальные одновременно делали то же самое, все до одного, словно невидимая рука дергала их за ниточки.