— Ты хочешь, чтобы я их всех убил?

— Уничтожил. Освободил. Как хочешь это назвать. Если падут все шесть, включая уже мёртвого, печать будет снята. А вместе с ней — и границы. Я и мои союзники сможем выйти и снова сделать выбор. Или исчезнуть.

— Замечательный план, — фыркнул я. — Только один такой "освобождённый" чуть не разорвал нас с Мариной на куски. Ты правда думаешь, что я справлюсь с остальными?

— У каждого есть слабость, — ответил хранитель. — Я расскажу о них.

Я молчал. Слишком много. Слишком опасно. Но в то же время... Это был путь. Возможность. Шанс.

— Сначала я отправлю Марину домой, — твёрдо сказал я. — Ей незачем в этом участвовать.

— Это возможно, — кивнул хранитель. — Портал на Землю находится в восточной части этого кольца, но дорога туда не так проста. Я знаю безопасный путь. Проведу вас сам, если потребуется.

Марина подошла ближе. Она молчала, но я чувствовал, как напряглась. Всё это было не просто. Неожиданно.

— Если ты нас обманешь... — начал я.

— Тогда вы погибнете. Но не от моей руки. А от тех, кого вы не видите. Я пришёл с предложением. Решать вам.

Хранитель вытянул руку в сторону одного из узких проходов в руинах.

— Там начало пути. Выбирайте. Я подожду.

Я посмотрел на Марину. Она кивнула. Мы знали, что делать. Но теперь игра изменилась. И ставки стали выше.

Перед тем как отправиться в путь, мы с Мариной решили немного передохнуть и собраться. Я проверял снаряжение, затягивал ремни на доспехе, перебирал накопленные свитки, камни и ядра. Марина тем временем перепроверяла карту местности, которую успела нарисовать по пути — пусть и грубую, но вполне рабочую.

Хранитель всё это время стоял в тени обломков. Безмолвный. Почти как статуя. Но когда мы подошли к нему, он сделал шаг вперёд и жестом подозвал Марину.

— Ты уходишь, — сказал он тихо. — Это мудро. Твоя судьба не здесь, среди пепла старого мира. Но ты достойна большего, чем просто память об этих землях.

Он протянул руку — и из воздуха материализовалась небольшая стопка книг. Толстые, в потёртых, но крепких обложках. Двенадцать фолиантов, каждый с уникальным символом на корешке. От них веяло старой магией, но не грубой и дикой, как у тёмных. Это была древняя, упорядоченная сила.

— Это собрание знаний, — продолжил хранитель. — Теория и практика магии, собранная за века. Некоторые школы давно забыты, другие — были запрещены. Но в них суть. Не сила, а понимание. Передай это людям. И, если судьба позволит, научи тех, кто готов учиться. Это моё прощание с миром.

Марина осторожно приняла книги, удивлённо глядя на них.

— Почему мне?

— Потому что ты задаёшь правильные вопросы. А значит — у тебя есть шанс понять суть. Знания — это валюта, которая никогда не теряет в цене. Они не дают бессмертия, но позволяют дожить до утра.

Он замолчал, и в этот момент в его голосе было нечто... человеческое. Усталость, сожаление — и надежда.

Марина прижала фолианты к груди.

— Спасибо. Я сохраню их. И, если смогу, передам дальше.

— Этого достаточно, — кивнул хранитель.

Мы двинулись в путь. Впереди была дорога к порталу, а потом — прощание. Но и я, и она знали: даже если миры разделят нас, мы всё равно останемся частью одной истории. Истории, в которой знания — не просто слова на бумаге, а ключ к выживанию.

— Вы перейдёте в сектор Тиар’Зоула, — сказал Хранитель, когда мы уже стояли у самого края его территории. — Там всё ещё жив его первый хозяин. Древний ящер, созданный теми, кто построил эти руины.

Я вопросительно посмотрел на него, но он не дал времени перебить.

— Он слеп, но слух его безупречен. Не издавайте звуков — и сможете пройти к порталу без лишних проблем.

— Без проблем, — пробормотал я. — Ага. Конечно.

Мы пошли. Путь пролегал среди сломанных арок, мраморных плит, испещрённых трещинами, и рухнувших колонн, обвитых мёртвыми лианами. Сначала всё шло спокойно. Даже Марина, хотя и напряжённо, но двигалась уверенно. Книги, перекинутые в моё кольцо, больше не мешали, но груз ответственности висел куда тяжелее.

На середине пути я заметил движение.

Он вышел из-за полуразрушенной башни, словно гора с ногами. Тело в каменной чешуе, с шрамами, прорезанными временем. У него были крохотные глаза, тускло блестевшие под слепыми веками, и массивная морда, вытянутая как у крокодила, только страшнее. Он втянул воздух — и в тот момент я понял: если издам хоть звук — он нас почует.

— И это я должен убить? — вырвалось у меня мысленно.

Тиар’Зоул развернулся и медленно пошёл в другую сторону. Мы затаились за сломанной аркой, не дыша. Когда его шаги затихли, я только сильнее сжал рукоять оружия.