— В следующий раз?!

— В жизни всякое бывает. Мало ли с чем вам еще предстоит столкнуться. Однако умение залезть в чужую голову не объясняет, как вы узнали обо мне?

— Я изучал некоторые техники гипноза и уровни сознания. Искал полезные приемы. Вы сами призывали меня мыслить творчески, я и научился. Связь считывается не из головы, она глубже. Мне пришлось пробиваться к самой ее сути, чтобы хоть немного повлиять. И когда связь восстановилась, я узнал вашу силу.

— М-да… талантливые дети — всегда проблемы… — Педру потер пальцем висок. — И что теперь? Вы ждете от меня извинений? Или откровений? Или пришли торговаться?

— Для начала просто поговорить, извиняться вам нужно не передо мной.

— Вас так расстроил вид колдуньи в ломке?

Алеша промолчал, говорить ментору о том, какой он циник, было бессмысленно.

— Оборвите связь.

— Каким образом? — див растянул губы в усмешке. — Бештафера не может разорвать нить. Связь создает и обрывает человек, див только следует за его волей. Вам бы положено это знать, сеньор Перов, вы сами удерживаете диву без пут подчинения.

— Я колдун. Мне такая связь ничем не грозит. А Вера… как вы могли?

— Как я мог что?

— Вы подвергли ее опасности! Вы бы видели, как она страдала.

— Я не только видел. Сеньор Перов, ваши эмоции настолько затмевают разум, что вы забываете, как работает связь? Я проживал эту ломку вместе с ней.

Лицо ментора оставалось непроницаемым и безразличным, но его сила изменилась. Волной поднялась к потолку, наполнив церковь ощущением леденящего ветра и… пропасти, способной поглотить любого, неосторожно посмотревшего вниз. Див не сдержал переживаний? Или сознательно напомнил о своей причастности? Ведь он тоже не мог не заметить Алешу, случайно сорвавшегося с этой высоты.

Колдун выдохнул, сбрасывая наваждение, и на всякий случай поднял стену, чтобы Педру больше не мог прикоснуться к сознанию.

— И все-таки, как вы оказались в таком положении?

Ментор отвернулся и посмотрел на золоченый алтарь. Алеша сделал пару шагов вперед и остановился на расстоянии вытянутой руки от дива.

— Ментор, я не идиот, чтобы на крышах кричать об увиденном, но у меня нет никаких причин скрывать подобное от вашего хозяина или своих учителей, или матери. Вы подвергаете опасности мою подругу, причем как морально и физически, так и репутационно.

— Я? — Педру удостоил его взглядом, весьма правдоподобно изображающим удивление. — Репутационно? Это вы грозитесь раскрыть тайну, которая обречёт сеньору Аверину на исключение из Академии, а то и на ссылку.

— А какой у меня выбор?! Я не собираюсь смотреть, как вы ставите ее жизнь под угрозу! Нарушая при этом все законы! Я буду ее защищать!

— Да, я помню о ваших моральных принципах. Но хорошо ли вы рассудили, что в данной ситуации будет являться настоящей защитой?

Педру резко развернулся и оскалился. Алеша, не пытаясь разглядеть и понять движений дива, вскинул трость. Лиловые отблески отразились в глазах серебряного льва, застывшего перед лицом ментора. Ментальная стена затрещала под натиском шторма. Можно было ее сбросить, столкнуться с разумом Педру напрямую и попытаться приказать, но Алеша подавил это инстинктивное желание. Ментор намного сильнее, и если провоцирует битву сознаний, значит уверен в победе. Колдун направил силу, и заклятия, наложенные на кинжал, начали предупреждающе фонить. Среди них было несколько новых. Весьма неприятных для дивов.

Педру хмыкнул и, переместившись за спину колдуна, ударил ногой по Алешиному кроссовку, заставляя немного скорректировать положение. Потом возник сбоку и легко крутанул предплечье.

— Так лучше. Больше устойчивости, и поток силы не нарушается, — сказал он, снова вставая перед навершием.

Давление силы исчезло.

— Так и быть, я готов ответить на ваши вопросы. Но… На действительно важные вопросы. А не на обиженный лепет из разряда «как и когда это случилось». Вы всегда отличались разумностью и умением использовать информацию, сеньор Перов. Так подумайте. И ответьте себе сами. Как, когда и почему?