Настойчиво Кир взял меня за подбородок, повернул к себе и медленно сказал, гипнотизируя серыми глазами:

— Ты так сладко спала, я не хотел тебя будить. А до этого не хотел портить атмосферу. Никаких вторых смыслов, ясно? Уже в поезде я испугался и решил всё свести в шутку. Прости, я дебил. Можешь даже побить меня, если очень хочешь.

— Хочу, — согласилась немедленно.

Кирилл широко улыбнулся.

— Так и знал! Вот приедем домой, будешь…

Я не дала ему договорить, отклонилась и несильно ударила кулаком в плечо.

— Ауч! Вот это удар! — наигранно восхитился Кир. — Уже можно жаловаться на домашнее насилие?

— Кому? — усмехнулась я.

— Твоему отцу, например. Хотя дать тебе ремня я и сам могу, — он подмигнул, снова сгрёб меня в крепкие объятия, буквально впечатывая в своё тело, и уткнулся носом в куртку.

— М-м-м, — промычал Юсупов, — от тебя вкусно пахнет!

Бабули на соседних сидениях покосились на нас и начали перешёптываться, а я попыталась сесть ровно, чтоб выдержать целомудренное расстояние между мной и Киром. Но парень не пошёл на поводу и лишь сильнее прижал к себе.

— И чем пахнет? — вздохнула я, прекрасно понимая, что до нужной остановки Юсупов не отпустит.

— Раем, — выдохнул он.

— Чего?!

Это звучало странно и в то же время мило. Будто Кир, находясь под воздействием чего-то, вдруг выдал правду. Слегка сладкую, как сахарная вата, и посыпанную блёстками, но всё же. В другой ситуации мне было бы сложно сдержаться и не рассмеяться.

Здесь произошло иначе. Я сама прижалась крепче к плечу Юсупова, пряча довольную улыбку.

Это ведь значило, что он что-то чувствует.

— Слишком сопливо? — глухо усмехнулся Кирилл.

— Есть такое.

— О, ужас! Что, теперь я не бэдбой?

Я рассмеялась.

— Когда ты вообще был им?

Юсупов резко отпрянул от меня, сканируя широко раскрытыми от возмущения глазами, и едко заметил:

— Всегда им был!

Стараясь скрыть улыбку, я покачала головой и спрятала лицо на плече парня. От красной парки пахло морозной свежестью и дурманящим терпким парфюмом. Странно, но древесные явно дорогие духи теперь ассоциировались с чем-то до боли родным. С домом.

За окном начали мелькать новостройки, смотрящие окнами на набережную, и нам пришлось встать.

Кирилл вдруг, неожиданно опомнившись, вытащил из кармана маленький брелок в виде кожаного зайчика с глазами-пуговками.

— Тебе.

Я удивленно подняла брови и смотрела в глаза Юсупову, пытаясь понять причину для подарка.

— Сувенир, — пояснил парень.

Ах, вот оно что, просто сувенир.

— Спасибо, — кивнула я.

— Это вместо того, — прошептал Кирилл, наклонившись и практически уткнувшись своим лбом в мой.

Точно! Он ведь выбросил брелок в виде мишки, который подарил Таран. Интересная замена, забавная. Я коротко сжала подарок в ладони и спрятала зайчика в рюкзак.

Кирилл взял меня за руку и подмигнул внимательно наблюдающим за нами бабулям. Те сразу разулыбались, захохотали и начали закидывать Юсупова комплиментами. А он, возгордившись, поигрывал бровями до самой остановки.

Молча мы дошли до дома, поднялись на тринадцатый этаж и ввалились в квартиру.

— Я устал! — провыл Кир, быстро скинул верхнюю одежду и галантно помог мне снять парку. Он убрал ботинки на специальную подставку, отодвинул в сторону сумку и резко подхватил меня на руки.

— Эй! Ты же устал! — возмутилась я.

— Не настолько, — рассмеялся Юсупов, явно направляясь к своей спальне.

Время до отъезда Кира пролетело незаметно. Мы мало разговаривали: либо целовались, либо играли в приставку, либо смотрели сериал. Иногда разбавляли это прогулками, совместной готовкой или уборкой.

К сожалению, Юсупов постоянно был занят подготовкой ко второму этапу олимпиады, а я решила не нервировать его новостями о карте до того момента, пока они не вернутся с победой. Девчонки неуверенно поддержали мою идею: Женя считала, что нужно сказать всё немедленно, но вот Алла наоборот считала, что стоит забыть о карте. Наша договорённость с Сергеем Витальевичем была разорвана в одностороннем порядке, к тому же мужчина больше не звонил, так что зачем Киру знать об этом? Лишь два аргумента сумели меня убедить: тот факт, что признание может повлиять на выступление Юсупова в Питере, и то, что это почти наверняка разрушит их с отцом далеко не идеальные отношения.

Я не могла промолчать совсем, но влиять на возможное будущее Кира не хотела — олимпиаду спонсировали крупные компании, которые в дальнейшем рекрутировали студентов и заманивали к себе. Кирилл даже похвастался, что им многие заинтересовались.

Разве было бы справедливо вываливать правду в такой неподходящий момент?

— Эй, ты где витаешь? — Кир слегка толкнул меня плечом и выразительно поднял брови.

Мы уже два часа сидели на кухне в окружении учебников, тетрадей и ноутбуков.