— Ahgrat! — воскликнул Ардан и, роняя планшет, запинаясь о собственные ботинки, подскочил и рванул к панели управления.

С лихорадочным усердием, достойным агонии утопающего, Ардан хлопал ладонями по рычагам экстренного отключения генераторов. И уже вскоре Конюшни погрузились в едкий сумрак, разгоняемый светом, проникавшим через узкие полоски окон у самого потолка.

Стихли вентиляторы, а жужжание периметра площадок постепенно рассеялось в воздухе.

Сердце Арди бешено стучало. Ему не хотелось представлять, что произошло бы, окажись он на месте коробочек расплавленных эмуляторов.

— Так, погоди, — сам на себя же взъелся Ардан. — Накопители куплены еще неделю назад. И всю эту неделю они исправно работали…

Ардан снова посмотрел на пол. На то самое место, где находился люк и откидная лестница, ведущая в отсек генерации. Да и тем более у настоящих генераторов, в отличие от эмуляторов, имелся собственный страховочный контур. Если бы после каждого, использованного в быту бракованного накопителя, происходили бы подобные взрывы, то в мире не осталось бы ни одной живой души.

Процедив что-то нечленораздельное, Ардан выждал несколько минут, чтобы система остыла, после чего поднял рычаги обратно. Вскоре Конюшни ожили, а в ушах постепенно стихал гул недовольных подобным приключением генераторов.

Получается, дело не в кристаллах Эрталайн.

— Но в чем тогда? — нахмурился Ардан и вздохнул. — Какая-то возмутительная шутка…

Юноша замолчал.

Он медленно, перевел взгляд на свою опаленную конструкцию, превратившую в огарки десятки эксов. Затем, точно так же медленно, посмотрел на свой собственный стол.

Возмутительная шутка.

Возмущения…

Возмущения!

Сорвавшись лошадью, в чей круп вонзились десятки жал слепней, Ардан бросился к столу. Он едва тот не перевернул. Взлетели опрокинутые стопки бумаг, упал и разбился достаточно дорогой микроскоп, но юноше было плевать. Он буквально выдергивал из стола ящики, разбрасывая бумаги, наброски печатей, неоконченные вычисления зашедших в тупик исследований.

Он искал всего несколько страниц. Страниц, которые помнил почти наизусть, но все равно хотел убедиться в том, что все правильно понял.

— Возмущения… чем меньше информация, тем короче волна… Эхо. Эхо Лей-возмущений! — причитал юноша, разбрасывая вокруг все то, что так долго распределял и раскладывал.

Теперь, правда, так никто не говорил…

Наконец он выхватил искомый лист всего с несколькими формулами. С момента, как их увидел свет прошло немногим больше девяти месяцев. Ардан же увидел их немногим раньше.

" — Вы ведь считали уравнения Паарлакса, Ард. Я уверена что вы, с вашей тягой к знаниям, просто не могли пройти мимо них.

— Считал.

— Значит вы видели, что они сохраняют симметрию на обоих векторах времени. Как при движении во времени вперед, так и при сворачивании назад, уравнения Паарлакса сохраняют симметрию."

Вместо Эха Лей-возмущений, вот уже почти год использовалось понятие «Поле Паарлакса».

Уравнения же самого Эрзанса Паарлакса, рассчитывавшего влияние Лей-линий, выражая его через такое новое понятие, как «поле», действительно сохраняли симметрию. Вертикальную. При перемещении по оси времени. Что заставило Лею Моример поверить в возможность перемещения по той самой оси.

И именно симметрия во времени, чтобы доказать постоянность и нерушимость поля, интересовала Паарлакса. Так что на листах Арда не имелось записей касательно горизонтальных связей.

— Да чтоб меня! — буквально в голос закричал Ардан и, схватив посох и пальто, по пути вновь отключая всю аппаратуру Конюшен и игнорируя металлический стон генераторов, протиснулся сквозь успевшую лишь немного приоткрыться, тяжелую бронированную дверь.

Не обращая внимания на резкую, неприятную боль в бедре, юноша буквально добежал до припаркованного у поребрика «Деркса». Он забросил на заднее сиденье сумку с посохом, а сам плюхнулся на переднее.

В данный момент он даже нисколько не думал о том, что ему требуется пересечь полгорода. И, может потому, казенный автомобиль быстрее пули, ни разу не заглохнув, сорвался с места. Все мысли Арда в данный момент находились за пределами автомобиля, так что тот летел по улице, а затем и набережной с грацией ласточки, забывшей о собственных крыльях.

Ардан так резко дернул на себя ручку двери главного отделения Рынка Заклинаний, что едва не сорвал ту с петель. Буквально влетая в уже ставшее почти родным помещение, он быстро пересек выставочный зал и, огибая возмущенного клиента в Зеленом плаще, подлетел к прилавку.