Арди облегченно выдохнул.

В историях дедушки порой упоминались люди, которые с рождения обладали антонимом слова «талант» к каким-нибудь вещам. Например стоило им притронуться к музыкальному инструменту, как тот мгновенно выходил из строя.

Ард никогда в подобное не верил.

Пока не оказался за рулем казенного автомобиля…

По обе стороны проспекта тянулись фасады, от которых у любого приезжего отвисала челюсть. Четырехэтажные дома с колоннадами, с пилястрами, с фронтонами, с чугунными балконами и лепными масками над окнами. Так сильно похожие на дворцы. За каждым фасадом — квартиры, конторы, лавки, парикмахерские, и в каждой парикмахерской, вероятно, тоже колонны. Такой уж город. Здесь даже водосточные трубы умудрялись выглядеть величественно.

Однако Арду было не до архитектуры, которой он уже привык наслаждаться во время бесчисленных путешествий по столице. Впереди замаячил подъем на очередной мост, и Ард понял, что ему нужно переключиться на вторую, не потеряв при этом скорость на обледенелом склоне. Он выжал сцепление, перевел рычаг, начал отпускать педаль и «Деркс» покатился назад. Ард вдавил тормоз. Машина замерла на середине подъема. Сзади кто-то засигналил. Ард снова выжал сцепление, газ, сцепление, газ — «Деркс» дернулся, чихнул, но пополз вверх. Сзади снова засигналили. Как-то длинно и весьма раздраженно.

И ведь что обидно — Арди мог сосчитать сотни рунических соединений, мог за мгновение воплотить сложнейшие, для большинства магов, печати. Мог даже, прямо на скаку, подхватить с земли бумажный лист! А здесь — три педали, один рычаг, один руль. Всего пять элементов. И эти пять элементов превращали его в потного, трясущегося неумеху, который не мог тронуться с места без того, чтобы не заглохнуть.

Это какая-то космическая, вселенских масштабов шутка.

Старый Город остался позади.

Арди пересек границу районов — ее можно было легко определить, даже не глядя на указатели. Дома-дворцы, облепленные лепниной и историей Галесса, внезапно расступились, и впереди, за широким перекрестком, в небо вгрызался Новый Город.

Небоскребы. Пятнадцать, двадцать этажей, а порой и выше тридцати — стальные и бетонные громады, облицованные темным камнем, с сотнями окон, горевших мерным Лей-светом. Проспекты здесь были вдвое, а то и втрое шире. По четыре полосы в каждую сторону, разделенные трамвайными путями. И автомобилей ворчало и тряслось куда больше. Даже снег не остановил Новый Город — здесь дороги чистили с военной основательностью, и автомобили шли плотным потоком, рыча моторами, мигая фарами, обдавая друг друга грязной снежной кашей из-под колес.

Ард влился в общий поток и сразу пожалел об этом. Черный, вытянутый модный автомобиль справа подрезал его так лихо, что Ард услышал, как зеркала едва не чиркнули друг о друга. Юноша, инстинктивно, вдавил тормоз, напрочь забыв про сцепление. «Деркс» дернулся и заглох. Прямо посреди проспекта. Сзади взвыли клаксоны. Грузовик с эмблемой литейного завода объехал его, и водитель, высунувшись из кабины, продемонстрировал жест, точь-в-точь повторявший тот, что совсем недавно показывал Бажен.

Ард завел мотор. Руки тряслись.

Сцепление, первая, газ.

Поехал.

Арди спешно переключился на вторую. Даже почти чисто, услышав лишь легкий скрежет. На третьей скрежет стал посильнее.

Кто-то слева, в приземистом стареньком агрегате, посигналил и, поравнявшись, покрутил пальцем у виска. Ардан не отреагировал. Он смотрел только вперед, вцепившись в руль побелевшими пальцами, и считал перекрестки.

Высотки нависали над проспектом каменными громадами. Новый Город строился для другой эпохи. Здесь не найдешь колонн и кариатид, зато глаза разбегались от изобилия огромных витрин магазинов. Сверкавшие пухлыми лампами вывески, рекламные щиты с разрисованными краской объявлениями или даже целыми фотографиями, таких площадей, что ими можно было бы спокойно укрыть пол стандартной испытательной площадки. Уличные часы скучали на стальных столбах.

Прохожих брело по тротуару куда больше, да и шли они быстрее. Не пробирались через сугробы, а шагали по расчищенным тротуарам, заложив руки в карманы пальто, с видом людей, которым есть куда спешить. Город за стеклом «Деркса» мелькал — витрина, фонарь, трамвай, перекресток, витрина, фонарь.

На перекрестке у проспекта Нового Времени Ард тормозил, и на этот раз сделал все правильно — выжал сцепление одновременно с тормозом. «Деркс» плавно остановился. Такая маленькая, но столь воодушевляющая победа.

Впереди, за трамвайными путями, мелькнул регулировщик в белых перчатках. Он махал жезлом с таким видом, будто дирижировал симфоническим оркестром, а не стадом рычащих автомобилей. Ард дождался нужного жеста и тронулся (на этот раз даже без рывка) и, уходя из общего потока, свернул на соседнюю улицу.

Здесь было свободнее. Улица тянулась вдоль какого-то длинного кирпичного здания. Скорее всего тепловая станция. Окна закопченные, а из нескольких труб валил бурый дым. Арди переключился на третью, и коробка передач ответила лишь коротким, еле слышным хрустом. Почти ласково по сравнению с тем скрежетом, которым она встречала его попытки в начале поездки.