— Лили была прекрасной женой, великолепной матерью и умелой любовницей. Остальные тоже обладали каким-никаким потенциалом. Любая из них была лучше тебя. Все до единой.

Его слова звучали безразлично и полностью раскрывали его истинную сущность. Он должен был показать ей это. Продемонстрировать своё настоящее лицо. Это была правда, а она заслуживала узнать правду. Он ожидал, что она сломается, сорвётся. И гордился тем, что она этого не сделала.

Вместо этого она наклонилась ближе, прижимая трубку к уху.

— Надеюсь, ты будешь гореть в аду, Рик, — она помолчала, а потом рассмеялась. — О чём это я? Я точно знаю, что ты попадешь в ад за всё, что натворил.

Она повесила трубку и исчезла из его жизни.

Он был разочарован. Не потому, что потерял её, а потому, что, скорее всего, потерял адвоката, работавшего за триста долларов в час, которого оплачивали её родители. Теперь ему достанется какой-нибудь жалкий государственный защитник. Надо было заставить Лили что-то подписать, а не просто доверять этой суке. Не следовало вообще доводить ситуацию до такого. Но любовь ослепляет. Она заставляет совершать глупости.

Всё это означало лишь одно: ему нужен новый план.

В последние несколько дней он сосредоточил своё внимание на Анджеле — той охраннице с лицом свиньи. Он заметил, как она на него смотрит, оценивает, гадает, правда ли всё то, что она слышала и читала о нём. Она держалась на расстоянии, но он уже начал растапливать лёд: перебрасывался с ней парой фраз о всякой ерунде, например, о погоде. Спросил, почему она вмешалась в первый день после его ареста. Почему остановила избиение.

Анджела пожала плечами и ответила:

— Потому что мы не должны так поступать.

Он ценил её принципиальность, но надеялся, что она тоже не железная. Ему нужно было найти подход, способ подобраться к ней ближе. От местных «бывалых» он слышал, что она мать-одиночка — хороший вариант. Такие женщины — лёгкие мишени: уязвимые и отчаянно нуждающиеся в любви и внимании. Он не знал точно почему, но у него было хорошее предчувствие насчёт неё. Он чувствовал в ней что-то знакомое — тьму, скрывающуюся под гладкой поверхностью. Если он правильно разыграет карты, она вполне может стать его билетом на волю.

Он всё ещё пытался всесторонне оценить ситуацию. Это будет непросто, но план постепенно выстраивался в голове. Планирование — это его самое ценное умение.

Одно он знал наверняка: как только выберется отсюда, первым делом навестит Лили. Она должна быть серьёзно наказана за свои проступки.

Не слишком-то расслабляйся , — подумал он. — Я иду за тобой, Куколка.

ЛИЛИ

«Пожалуйста, оставьте меня в покое».

Эта фраза стала для Лили новым девизом. Двадцать два дня она провела, запершись в своей спальне. Она была вполне довольна тем, что остаётся взаперти, что отгораживается от Рика, от прессы, от других жертв и вообще от всего, что могло её расстроить. По крайней мере, так она говорила близким.

На самом деле после того, что произошло в больнице, после тех слов, которые она наговорила, Лили было слишком стыдно смотреть кому-либо в глаза. Она написала длинное письмо с извинениями Уэсу на ноутбуке Евы, рассказала, как много он для неё значит, и как сильно хочет, чтобы он и Эбби были счастливы. Но потом удалила весь текст и оставила только одну строчку:

«Прости меня. Лили».

Она пыталась поговорить об этом с Эбби, но сестра не хотела ничего обсуждать.

— Проехали, Лил.

Но Лили не могла забыть ту ночь. Не могла забыть, как сильно она хотела наказать свою сестру. А что, если она сделает это снова? Что, если Рик её все-таки сломал? Нет, гораздо проще было оставаться в своей комнате.

У неё была Скай, с которой можно было обниматься и хотя бы временно чувствовать себя нормальной. Мама приносила еду утром, днём и вечером. Плоский телевизор предлагал бесконечное количество кабельных каналов. Лили много лет не смотрела кабельное. У них раньше был чёрно-белый телевизор с несколькими базовыми каналами, которые включались через раз. Лили поражалась тому, сколько теперь существует бессмысленных развлекательных телепередач. Она подсела на реалити-шоу, где обсуждали идиотские проблемы ещё более глупых людей. Ей нравилось смотреть, как они ссорятся из-за ерунды. Кто получит розу? Кто лучше всего выглядит в этом наряде? Какая из домохозяек самая «настоящая»? Всё это было настолько абсурдно, что она не могла оторваться. Было гораздо проще смотреть эту бессмысленную чушь, чем думать о Рике, о других девушках или о том, что росло у неё внутри.

Она нашла идеальное место, где можно спрятаться от мира и от того ужаса, который таился в её подсознании.

А потом однажды она проснулась в темном доме и обнаружила, что Скай нет рядом. Ужас пронзил всё тело Лили. Где она? Может, Рик кого-то послал за ней. Такое было возможно. В случае с Риком стоило ожидать чего угодно.

Лили подавила крик, окидывая взглядом комнату и стараясь глубоко дышать. Скай никогда не уходила от Лили без разрешения. Скай никогда ничего не делала, не убедившись, что Лили это одобряет. Она терпеливо ждала, когда Лили скажет «да», часто пытаясь выманить её из комнаты. Но этим утром её нигде не было видно.