В тебе нет жизни, ты для гласа сердца глух;

Могущ, бессмертен ты, но ты с душой родною

Не встретишься вовек;

Я слаб и смертен — пусть! — но человек.

Кикимора Так, так! ты человек: в восторге этом глупом,

В непостоянстве этом узнаю

Природу ветротленную твою.

Давно ли сравнивал себя ты с хладным трупом?

«Я для всего простыл, перегорел;

Уж недоступен я для стрел

Страстей и рока и напасти».

И кто же? ты — невольник страсти,

Которой (не сердися, свет!)

Из всех страстей смешнее нет?

К тому ж, перед тобою

Скрывать нужды нет, и не скрою:

Ты точно прав был; без огня,

Без жизни, камню мертвому подобен,

Ты не был уж способен

И забавлять меня.

С таким кумиром год, по нашему условью,

Прожить мне стало тяжело:

Я, я надменности твоей назло

Околдовал тебя любовью.

Ижорский Ты?

Кикимора Так, я. Неужель не знаю вас,

Смешные, гордые Адамовы потомки,

Вас, род заносчивый, как вечный кедр, и ломкий,

Как трость сухая, как зерна лишенный клас?..

По воле мы играем вами:

Вам заблуждения даем,

То стужей вас знобим, то жжем огнем

И веселимся вашими страстями.

Безумья ваши нам насущный хлеб;

А не припомню я ни разу,

Чтобы из вас кто сотворил проказу

И не винил бы неба и судеб:

Нос расшибете? — божие веленье!

Споткнетесь? — тайна! глубина!

Не так ли? встретилась тебе твоя «она»,

И ты задумал в то ж мгновенье:

«Ее узнал я, роком мне дана!

Она — моя та половина,

С которою соединен и слит,

Божественный гермафродит,

Когда-то я носился среди чина

Бесплотных, дивных сил,

Но там — не знаю, как? — да согрешил;

Тогда создатель

Меня во гневе на два распилил».

И прочее, о чем мечтатель

Платон премудрую систему сочинил!

Прекрасно, слова нет; догадлив ты и тонок

И рассудителен: а между тем бесенок,

Покорный ваш слуга, над вами подшутил!

Ижорский Досадно, и тем более досадно,

Что, кажется, ты прав!

Но быть так: от твоей мне шутки не накладно;

От чар ли я каких, волшебства или трав

Влюблен — но все влюблен, и радуюсь любови:

Ты с нею ток роскошный новой крови

Мне пролил в жилы; сердце расцвело,

Все вкруг меня вновь ясно и светло;

Во взорах Лидии взаимность я читаю,

В порывах сладостных и бурных утопаю.

Кикимора И все, что следует, как то известно нам

Давно из приторных элегий, из посланий,

Исполненных восторгов и страданий!

Да с позволенья вашего я вам

Со всею скромностью вопрос задам:

Что, если ангел ваш лукавит, лицемерит?