Демон выдернул плечо из её ладони и, забыв о сражении, развернулся к Эльфийке уже всем телом.

Похоже, она привлекла его интерес.

— Кого ты зовёшь демоном? Быть может, демон в тебе? А может ты предала нашу веру?! — громко зарычал он. — Ты предала нас?! Да ты играешь за проклятых!

Мантия Дементия пропиталась нечеловеческой кровью, но и сам он уже человека напоминал мало. Вся их сотня стала «инквизиторами», перескочив уровень ещё в момент, когда почуяли силу мечей.

И этот новый игрок, уже мало напоминал Дементия.

— Тот, кто явиться в час Суда, отчистит землю от скверны!!!

Упрямая Эльфийка снова приблизилась и схватила напарника за окровавленный появившийся плащ.

— Одумайся, придурок! — закричала она. — Да я сама тебя проткну этим поганым мечом, если ты не станешь прежним… Ты слышишь?! Демон!

Но Дементий не очнулся. Медленно опустив меч к бедру, он резко ткнул им вперёд.

Глаза Эльфийки расширились. От непонимания.

Вокруг бушевала битва. И фанатики не заметили, как меч одного из них пронзил послушницу в серой рясе.

По побелевшему лицу подруги с губ поползли жирные алые капли. Дрожащая рука в непонимании только сильнее схватилась за пропитанный кровью плащ. Затем тело девушки скользнуло на землю.

В то же мгновение с глаз Дементия словно спала кровавая пелена, и рассудок его очнулся.

Глаза, горевшие фанатичной страстью к сражению, вдруг вспыхнули снова, но уже вполне человеческим огнём.

Из горла вырвались вопль и тяжёлый стон.

— Что… я наде-е-ела-а-ал?!

Эльфийка лежала на трупах бесов, холмами возвышающимися по всему полю. Схватка подходила к концу. Несколько сотен послушников, зараженных чудовищной силой веры, разделали в прах — до последнего существа — свыше десяти тысяч бесов.

Остальные, «не зараженные» игроки стояли на месте неподвижно, пораженные случившимся до глубины души.

На этом уровне почти никто не погиб. Но не погиб ли?

Фанатики, стали медленно растворяться в воздухе. Очевидно, дальше им путь был заказан.

Огромный меч с нелепым квадратным заострением, пронзал девушку насквозь — она висела на нем как сломанная игрушка. Но Эльфийка ещё дышала.

— Я всё-таки освободила тебя, — прохрипела она, глядя на растворяющихся в воздухе фанатиков.

Голос её был ужасен. Она захлебывалась в крови.

— Что я… как… это… — залепетал он.

— Ты будешь жить, Дементий! Помни… о ребятах… Зёма… он… перед…дай…

«Адмирал! Анклавы. Зёма! Ребята!» — тут же всё вспомнил очнувшийся.

Сердце напарника сжалось. Лицо Эльфийки бледнело, кровь покидала его вместе с остатками жизни. Серая ряса, пропитываясь липкой влагой, быстро окрашивалась в темно-бордовый цвет, а смуглое лицо, вдруг ставшее бледным, осветилось неярким голубым светом.

Глаза Дементия поползли вверх. Он вдруг ясно и отчетливо понял, что Эльфийка уходит по-настоящему, а не просто покидает геймплей. Голубым светом истекала сама её душа, а где-то за пределами виртуальности, в помещении Чёрного Клыка, медленно умирало настоящее тело Елены Смирновой.

Её сознание принимало Игру за явь! И умирало по-настоящему.

В мозгу Дементия словно грянул взрыв — он убил боевую подругу, верную и преданную, спасшую его самого, лучшую из всех, кого он когда-либо знал.

Убил собственными руками! Он, а не жуткая ИГРА!

Пространство вокруг замерцало, в преддверии перезагрузки нового уровня. Оставшиеся в живых спутники Эльфийки — те, кто выдержал атаку Игры и не превратился в фанатика-бота — радостно закричали в предвкушении следующего победного перехода.

Но Демон ждать не стал. Вытащив меч из подруги и уперев рукоятью в землю, он сам прыгнул на лезвие животом.

Третий уровень завершился для обоих!

* * *

Когда реальность исчезла, словно стёртая с доски тряпкой, Тимофей неожиданно для себя сильно сжал, а потом широко раскрыл глаза. Но процедура не помогла. Под веки словно насыпали мелкого песка. Протерев глаза рукой, он осмотрелся, ощущая одновременно и привычное ему тело и непривычную полосу загрузки-перехода. Она должна была длиться мгновение, не замеченная сознанием, но растягивалась на долгие секунды.

Тимофей висел в полном одиночестве среди абсолютной пустоты, совершенно бесцветной и ровной, полностью лишённой оттенков, бликов, разводов и даже пятен. Какого цвета была эта пустота, игрок затруднялся ответить. Она не была даже чёрной.

И тогда Акробат догадался, что вокруг простирается именно междумирье — пространство между реальностью и внутренностями Игры. Завиртуал, Надсознание, Переход на грани интерфейса машина-человек.

Нет, всё не то!

Нечто, несоизмеримо большее, чем до этого создавали люди для виртуального мира. Это было царство Хозяйки! Почившей Богини.