Тимофей понял, что отключается от передозировки. Картинка перед глазами поплыла. Их уже не щипало, их выжигало!

Она коснулась его лишь пальцем. И на миг висков коснулся холод. Путы ослабли. Не ушли совсем, но стало гораздо легче дышать. Как асматик, получивший вдох ингалятора, он задышал полной грудью.

И тогда она продолжила:

— Звериный этап истории занял два с половиной миллиарда лет. Затем, в силу уникальных событий внутри биосферы, возникло первое и единственное во Вселенной разумное существо. Следующая фаза развития мироздания связана с ним… с вами!

Она убрала руку и тут же боль вновь обрушилась на разум. О, сколько бы он отдал, чтобы она вернула палец ему на лоб. Передышка была такой недолгой!

— Третья фаза развития Бога зовется именно так — «РАЗУМНОЙ», — продолжила она, пока он готов был кричать от боли. — В «сферу разума» входит всё, что знакомо тебе с детства. Это наука и цивилизация, техника и технология, все достижения, сделанные человеком, от первого костра до последнего космического корабля. Достижения «разумной эпохи» не слишком то и отличаются друг от друга, но всех их объединяет одно — они рукотворны. Они созданы гением человека, его прагматической рациональной мыслью, его упорным трудом. Все творения цивилизации, всех людей, обладающих разумом и сознанием, иногда зовут «МОЗГОМ БОГА». Ибо принято считать, что так думает и Творец… Вы поставили себя вровень с Богом.

— К чёрту богов и тебя! — не сдержался Тимофей и вдруг загрузка прекратилась. Он поражённо добавил. — То, как мы думаем — думает и Творец. Это истина, так как твой творец — академик Невельской.

— Меня создала Ноосфера, но отчасти ты прав. Её в начальной форме создал он, персональный Создатель. Однако, он пал. Да и «Разумный» период развития Бога оказался ещё более краток чем предыдущие. Он занял два миллиона лет.

— И продолжается по сей день! — воскликнул Тимофей. — Человечество ещё живо!

— Это отчасти верно, — не стала спорить Альфа. — Однако, в развитии Божества есть и последняя, ЧЕТВЁРТАЯ ФАЗА. Только она имеет значение.

— Какая ещё… четвёртая? — слабо договорил Тимофей, вновь готовый потерять сознание. Следом за уходом боли пришла бесконечная усталость.

— Она ещё не пришла. Ноосфера лишь обозначила её. Это время зовут «ЭРОЙ ДУХА».

— Эра… духа? — слабо повторил пленник.

Теперь путы не сдерживали его, но поддерживали от падения.

— Да! — даже кивнула Альфа. — И я страстно желаю её наступления. Мало кто из философов прошлого писал о ней, ведь никто из них не мог о ней знать. Мог лишь догадываться. Но все же умнейшие мужи древности предвидели Эру Духа. Грезили её пришествием и мечтали о великом будущем, которое ждёт человеческий род.

— Вернее, тех, кто сможет дожить, — криво улыбнулся Тимофей. — Мы почти всё похерили. Наши… правители были слепы.

— Так выберете того, кто прозрел.

— Лидер? — едва нашёл в себе силы спросить пленник.

Губы как будто по центнеру весом.

Она не ответила, продолжив своё:

— Как и первые три фазы, четвёртый уровень развития Божества произрастает из предыдущего. Вы убили Богиню, как предвестника этой эры. Но вестником новой эпохи, ещё может стать человеческая культура. Как зверь превосходит камень, как человек превосходит зверя, так эмоции Духа превзойдут всё это на порядок.

Тимофей понял, что сознание тухнет.

До него донеслись последние слова Альфы:

— Духовная эволюция — особая. Но об этом мы поговорим в следующий раз, Тимофей. Береги лидера! Без него мы не сможем продолжить диалог… Помни, в любом случае у меня есть ваши цифровые копии.

Смех Альфы ещё долго стоял в ушах. Гнусную привычку отображать доминирование она, определённо, почерпнула у людей.

Глава 25

ТЕМНЫЕ. Ведающая. IV Level

Яркое солнце било в глаза. Но с одним существенным отличием — в настоящие, человеческие глаза, а не в пылающие алые угольки внутри пустых черепов. От того слепило, что было даже ново. В облике скелетов, как по мнению Ведьмочки, было довольно приятно смотреть на солнце не моргая. А ещё говорить, не дыша, не есть, не пить, не уставать и ощущать, таким образом, почти полную свободу от привязок к жизни. И после трёх истребительных «скелетных» уровней, девушка оценивала человеческое тело не более как мешок с кишками и прочей грубой требухой.

Возвращаться в плоть было неудобно. Словно засунули в старую одежду, порядком помятую временем, изношенную и забытую, ставшую тесной и жмущей в разных местах.

«Вроде бы помнишь, как было в ней привычно, ан нет, выросла, маловат размер. Надо покупать другую — старая тесновата».

— Чего ты бормочешь? — на удивление невнятно прошамкал Зевс, бредущий рядом и шаркающий подошвами по земле.

Ведьмочка посмотрела на напарника выразительно. Как за руку держаться, ожидая щелчка по носу от пустынного джинна, так запросто. а как без ехидства разговаривать с боевой подругой, так вроде уже и не получается. Прошлое забывается быстро.