Парень издал негромкий смешок, но уже через несколько мгновений, когда Чисира вышла за дверь, вскочил следом и с испуганным возгласом «Нет!» бросился к выходу.

— Ты куда собрался?

— Остановить её! Чисира не умеет готовить кофе, и Сетия тоже!

— Ты в таком виде собрался её останавливать?

Ви посмотрел на себя в одной набедренной повязке и подлетел к кушетке с явным намерением одеться.

— Да успокойся ты, — рассмеялся Иннидис и сам выглянул за дверь.

Девушка не успела уйти далеко, так что он просто крикнул ей вдогонку, что ту гадость она может не приносить.

— Это вовсе не гадость, господин, — мягко упрекнул его Ви и с лукавой улыбкой добавил: — Когда-нибудь ты сам распробуешь, обещаю.

Иннидис в этом сомневался, но спорить не стал.

Когда очередной этап работы над статуей был завершён и можно было переходить к проработке деталей, они сделали перерыв недели на две, и как раз в этот период Ви время от времени начал пропадать ночами: уходил вечером, а возвращался уже под утро. И непонятно, каким образом успевал выспаться перед утренней работой. Должно быть, не успевал.

Иннидис знал о длительности его отлучек, потому что сам не мог спокойно уснуть, то и дело просыпался, пока не видел или не слышал, что парень вернулся. То и дело прислушивался, не скрипнет ли засов, не хлопнет ли дверь на заднем дворе, или выглядывал туда из окна своей комнаты. Чувствовал себя при этом донельзя паршиво и глупо. Наверное, как-то так ощущает себя старый ревнивый супруг, подстерегающий молодую жену-изменницу. Тьфу! И ведь не запретишь ему эти ночные похождения! По крайней мере, до тех пор, пока они не мешают работе. Сам дал Ви свободу, а значит, теперь Ви и решать, как ею пользоваться — хоть для встреч с юной красоткой, хоть для чего-нибудь другого. Или он рассчитывал, что этот молодой прелестник станет безвылазно торчать у него в саду и в доме?

После пятой такой отлучки Иннидис всё-таки не выдержал и задал вопрос управителю, когда тот пришёл к нему обсудить расходы на дом.

— Смотрю, Ви у нас повадился куда-то уходить на ночь глядя, — с усмешкой и как можно более беспечно сказал он. — Никак завёл себе подружку?

— Насчёт подружки мне ничего не известно, господин, — серьёзно ответил Ортонар. — Хотя человек он молодой, так что всё возможно. У меня он, однако, спрашивал позволения, чтобы ходить смотреть на каких-то чужеземных лицедеев в том старом амфитеатре, что за миртовой рощей.

— Но это же так далеко! — удивился Иннидис.

Древний амфитеатр был заброшен много десятилетий назад, после того как его повредило землетрясением, но на пиру у Роввана Саттериса Иннидис и впрямь слышал, будто совсем недавно туда пришли и там обосновались какие-то чужестранцы. Представлений они, впрочем, то ли ещё не давали, то ли почти не давали, то ли просто о них мало кто знал. Ви наверняка наткнулся на них в те несколько дней, которые провёл у Хатхиши. И чем-то, видимо, они его привлекли…

— Именно что далеко, господин, — кивнул Ортонар. — Если пешком, то часа четыре на одну только дорогу туда-обратно. Поэтому я хоть и позволил ему эти отлучки, но сразу предупредил, что если это начнёт сказываться на работе, он должен будет либо прекратить их, либо нам что-то придётся решать с его обязанностями, оплатой и вообще нахождением в этом доме. Надеюсь, я всё верно сказал?

— Да, пожалуй… — рассеянно протянул Иннидис, обрадованный, что дело, кажется, всё-таки не в любовных свиданиях. Хотя одно, впрочем, не исключает другое…

— Ну и я подумал, что поскольку он довольно молод, то эти ночные прогулки пару раз в неделю не должны сказаться на нём так уж сильно. Когда мне было столько, сколько ему, я запросто мог всю ночь провести за вином и музыкой, а с утра как ни в чем не бывало трудиться в отцовской лавке.

— Хорошо, Ортонар. Но если вдруг что-то изменится, ты мне скажи. всё-таки хоть он и молод, не стоит забывать, что часть своей молодости он провёл на рудниках, а значит, может быть не так здоров и вынослив, как ты в своей юности.

«А ещё это попросту опасно, — мысленно добавил Иннидис. — Эти похождения ночью по окраинам». У парня, конечно, сейчас уже был нож, подаренный Аннаисой, как и у всех свободных людей, да только вряд ли он умел им правильно пользоваться. Это на Иннидиса, с его мечом или кинжалом, вряд ли рискнул бы напасть кто-то из городского ворья, а вот на Ви могли, тем более что любовь парня к красивым нарядам и украшениям способна была ввести преступников в заблуждение и уверить, что они видят перед собой человека, у которого водятся деньги. Они же не знали, что Ви долго и нудно откладывал их, чтобы позволить себе очередной браслет…