Шрифт:
— Моя сила — это твоя сила. Ты, это я, болван, я тебе не нужен!
Как в замедленной съемке лапы демона начали опускаться. Перебитая правая рука орчи бессильно дергалась, у него не было ни единого шанса защититься от тускло блестящих роговых лезвий.
Я напряг силу воли, пытаясь достать то, что, как говорил Варга, у меня есть… но там ничего не было. Зато неожиданно понял, что я могу сделать кое-что другое.
Я приказал реальности смениться и ткань вселенной послушно выполнила мой приказ.
И оказался прямо за спиной насекомоподобного демона.
Хрясь.
Меч с хрустом пробил череп твари, залив Гуху нежно-зелеными мозгами.
Глава 40
До вечера прошли едва ли пару километров. Но была и хорошая новость.
— Расстояния здесь не имеют значения, — сказал Бородач, когда мы, наконец-то, встали на ночевку. — Чары, что заложены в выданном Дехаром компасе не ведут нас по прямой. Они рыщут по слоям реальности, пытаясь отыскать «запах» цели.
Я кивнул. Что-то подобное и предполагал. Уж больно хаотично менялись вокруг нас реальности.
— Это очень крутая штука, — протянул Веленстайн, кивая на компас в моих руках. В его голосе явственно прозвучала зависть.
— Настолько крутая, что я не думаю, что ее сделал Дехар.
— С чего это ты так решил? — вопросил остроухий.
— Магия в мире Города жестко структурирована в Систему. Творить волшбу, которая в нее не заложена — попросту невозможно. Кто бы ее ни создал, не думаю, что он заложил в нее чары, которые…
— Могут помочь нам отсюда свалить, — договорил за меня Бородач и все тут же навострили уши.
С минуту висела, нарушаемая лишь шорохом листьев окружающего в данный момент нас леса, тишина.
— Не все так просто, — сказал Веленстайн. — Здесь работают наши системные умения и магия.
Он зажег на руке огонек в подтверждение своих слов. Но Бородач с ним не согласился.
— Это ничего не значит. Они могут «якориться» на нас. Могут проецироваться Системой, могут…
— Знаете что, господа ученые мужи. Давайте-ка спать, — оборвала полет фантазии мага Валетта. — Даже жрать не могу. Силов нет…
Впрочем, на пожрать у нашей бой-бабы силов вполне хватило.
Ночь прошла беспокойно. Из окружающего нас леса то и дело доносились трубные зовы каких-то животных. Пару раз «на огонек» на сформировавшуюся под нами скалу заглядывали какие-то небольшие змееподобные твари. Часовому приходилось будить отряд и зажигать факелы, после чего твари ретировались, каждый раз крадя у нас по полчаса сна.
Когда, ближе к утру, меня разбудил Гуха, я автоматом с проклятьем материализовал из Инвентаря меч, но орча, положив лапищу мне на локоть, отрицательно покачал головой.
— Не надо, босс. Никого нет. Я эта… не для того тебя будил.
Продрав глаза, я с некоторым непониманием обозрел зеленую морду Гухи. На ней застыло странное выражение стеснения, что ли… Хрен их, зеленокожих, разберешь.
— А че тогда?
— Выпить хочешь?
Выпить?
Довольно странное предложение в такую рань. Но Гухе явно было что-то нужно, и я махнул рукой.
— Валяй.
Мы уселись вокруг потухшего костерка, на котором вчера варганили себе ужин. Орча извлек из Инвентаря Огромный закупоренный рог. Чуть ли не бивень мамонта! Осторожно, оберегая руку (Веленстайн использовал на нее вчера Свиток Заживления, но конечность орчи все еще откровенно побаливала), разлил содержимое по кружкам и торжественно преподнес мне мою. Вид при этом у него был пафосный и донельзя серьезный.
— Ты спас мне жизнь, Теодор. Не раздумывая попер в эту сраную трясину из осколков реальностей. Все эти говноеды, — он махнул рукой на дрыхнущих боевых товарищей, — не поперли, а ты попер. Я хочу, чтобы ты мне стал братом, если не по духу…
Он вдруг материализовал в руке тонкий длинный кинжал и, чиркнув по ладони, капнул кровь к себе в кружу и ко мне.
— … но по крови. Пей горагу, если желаешь им стать.
Чертовы черти, только здоровенных зеленокожих обалдуев мне в кровниках не хватало!
— Я сделал то, что должен был сделать… — несмело попытался возразить. Но Гуха все также настойчиво пялился своими выпуклыми глазищами и я, чертыхнувшись про себя, таки пригубил из кружки.
Твою ма-а-а-а-ать!
Едкая дрянь едва не вывернула меня наизнанку!
Ох…
Увидев, что глотнул эту мерзость, Гуха удовлетворительно крякнул и залил себе в глотку всю кружку. Его глаза выпучились, зрачки расширились, на целую минуту он будто бы забыл, как дышать. Я уже хотел начать что-то предпринимать для спасения новообретенного кровного брата, но вскоре его наконец-то отпустило.