А вот с кем были постоянные проблемы, так это с зеленокожим Гухой. Иногда безбашенность оного принимала какие-то поистине гротескные формы. Полететь в гущу монстров, не заботясь о прикрытии?! Легко! Сесть жрать в середине боя? Пожалуйста! Ругаться из-за какой-нибудь мелочи часами — без проблем! Не раз и не два мне приходилось останавливать отряд и выручать безмозглого орка из очередной передряги. Как он не израсходовал еще свои смерти — уму непостижимо!

И однажды он попал довольно серьезно.

До вечера оставалось еще пару часов, когда по левую руку от нас внезапно разлилось огромное озеро. Его дальний берег едва просматривался, а наш был топким и буквально кишел летающими червеобразными тварями. Не знаю уж, что их поддерживало в воздухе, выглядели они один в один, как ленточные черви. Несмотря на количество, черви оказались не слишком опасными, но вот когда мы продолжили путь, из-под глади озера вдруг возникли твари посерьезнее. Гигантские крокодилы о шести глазах рванулись прямо на наши мечи.

— Щит! — выкрикнул Бородачи, вскидывая руки.

Это означало — сбиться плотнее, чтобы случайно кому-нибудь этим самым щитом не отсекло что-нибудь очень важное.

Мы все бросились к Бородачу. Все… да не все! Гуха, рыкнув что-то матерное, рванул к первому из атакующих монстров и с силой опустил ятаган тому на башку. Раздался влажный «хряськ», но крокодил, потеряв полчерепа, и не подумал помирать! Поднырнув под орчу, он вдруг выгнулся и с силой распрямился, запустив того в воздух едва ли не на две десятка метров.

Но хуже всего то, что произошедшее в этот момент смещение реальности, скрыло его от нагих глаз.

— Твою мать! — выругался Веленстайн. — Он недалеко, но там пруд пруди тварей!

Тварей и в самом деле было «пруд пруди». Сраные крокодилы набросились на нас гулко клацающей зубами сворой. Щит Бородача отразил первую атаку, а потом развернулся в полукружие, оберегая наш правый фланг и отсекая половину тварей.

И пошла потеха!

Мы с Якиром и Валеттой составили первую линию, маги с Гаваном, который неплохо обращался с луком — вторую, Щелест же прикрывал тылы.

Три «Удара Захра!», а затем синхронная работа мечами и вскоре два крокодила отправились к праотцам, рассыпавшись копошащейся зеленой массой склизских жуков. Снова «Удары Захра» и вновь методичная рубка.

— Где зеленорылый? — вопросил я Бородуна, воспользовавшись секундной заминкой между волнами тварей.

— Застрял. Походу, не может найти проход в нашу реальность. Удаляется.

Черти меня раздери!

— Дай ему какой-нибудь знак!

— Какой? — сплюнул Бородач. — Как ты себе это… Твари!

Новая волна насчитывала семь зубастых ублюдков. Но меня сейчас больше беспокоил наш безбашенный товарищ. Похоже, на этот раз это его сумасбродство может стать последним.

Черт подери, хотя я и знал его от силы неделю и проблем от его безмозглой башки мы уже огребли немало, бросать зеленокожего было… неприемлемо.

— Стойте здесь! — смазав очередного крокодила по морде и лишив его половины глаз, сказал я.

Разбросав двух тварей «Ударом Захра», я рванулся в ту сторону, куда улетел незадачливый орча.

— Ты куда, босс? Сдурел?! — выкрикнула Валетта.

— Стойте здесь! — повторил я.

И тут же позвал своего личного призрака.

«Тень! Ты видишь этого болвана?»

Призрак ответил почти сразу же.

«Да, Хозяин! Он в плохом месте! Он уходит глубже. Тонет!»

Р-р-р-р!

Как все хреново складывается. Похоже, зеленокожий попал в место, где реальности слишком разряжены и сменяются даже без приложения усилий. Он проваливается в них, как в зыбучие пески, погружаясь все глубже.

«Проведи меня к нему!»

«Я… я попробую, Хозяин…»

Благодаря артефактам Дехара, для самостоятельной смены реальностей требовалось двигаться. Он советовал шагать в свою тень, представляя, как проходишь сквозь нее. Эт волевое усилие улавливалось артефактами, и они проталкивали нас сквозь слои. Но сейчас я не хотел пользоваться чужими костылями.

Поэтому, представив Тень, я, сдав волю в кулак, выбросил приказ Вселенной, переместить меня к ней.

И…

Чертовы черти! Это получилось легче, чем я думал!