Вновь блеснула вспышка. Это, уходя, швырнулся огнем кто-то из магов. Шар пламени врезался в морду изготовившегося к атаке демона. Тот взвыл, замотал головой, но на вид особых повреждений не получил.

Ну так сейчас получит!

Подпрыгнув к ошеломленной твари, я врезал сапогом ему по колену, заставив сложиться вдвое, и воткнул меч в тоже место, что и первой. В шею, чуть пониже головы. Да еще и с проворотом.

Готов.

Но пора было сваливать. На скалу выбрался еще одни демон.

«Удар Захра».

Силовым конусом его снесло вниз. Я же после короткой пробежки, запрыгнул на первую из плиток. Она заметно подалась под моим весом. Вторая, третья. Товарищи во главе с неведомой гостьей были метрах в тридцати впереди. И чем дальше мы упрыгивали от скалы, тем все более мутным становился окружающий пейзаж. Мельчайшая туманная взвесь быстро скрыла за собой чудовищный лес.

Еще пять минут прыжков над бездной и туман вдруг остался позади, а перед нами раскрылась уютная горная долина под неярким солнцем.

— Держи, — Ята кинула мне пучеглазую рыбину.

По идее, после сотни выловленных Нижних Тварей, брезгливости у меня не должно было остаться никакой. Но я все равно с крайней опаской взял протянутую рыбину. Четыре глаза, плавники, как у ерша и крупная склизкая чешуя.

— Это точно можно есть?

— Еще бы! Зажарим на углях, удивишься, какая это вкуснота! Но надо еще, одной рыбиной всех не накормим.

Она разожгла в правой руке небольшой огонек и снова устремила напряженный взгляд в ручей. Я же откинулся на камень и лениво обросил взглядом раскинувшуюся внизу долину. Поселение отсюда видно не было, мешал большой скальный выступ. Его выдавала лишь тонкая струйка дыма.

Лепота. Хотелось прикрыть глаза и нежиться на слабом солнышке, не думая ни о чем.

Мы находились в Долине уже четыре дня. Кусочек стабильности посреди штормов межреальности. Как сказала Ята, в тех местах, через которые мы пробирались, выжить практически невозможно. Она чудом учуяла порожденные нашей схваткой с демонами возмущения и решила посмотреть, кто же эти безумцы.

Но я-то знал, почему мы туда попали. Компас Дехара не подвел и привел к цели.

В Долине обитало с два десятка существ. Большинство — люди, но были представители иных рас. Бродяги и отчаявшиеся души. Они хотели найти покой и нашли его. Нас также приняли за блуждающих по мирам бродяг. Мне кажется, только староста понял значение надетых на шеи ошейников.

— Держи! — Ята перебросила мне очередную рыбину.

Охотящаяся девушка была на редкость мила. Каштановы волосы, слегка раскосые зеленые глаза, в которых хотелось утонуть. Гибкая и быстрая, она не была воительницей, но была охотницей. Двигалась с грацией пантеры. Теперь понятно почему почтенный маг так стеснялся раскрыть нам цель нашего поиска За Гранью.

Уже который день я на все лады обдумывал, как сказать Яте, что мы здесь из-за нее?

«Ята, а пойдем с нами в населенные зомбарями развалины под палящим солнцем? Тобой хочет обладать один старпер».

Думаю, ее смехом можно было бы раскалывать небеса.

— И еще одна! Как думаешь, хватит?

Я кинул очередную рыбину в ведро. По-моему, этим можно было накормить половину населения Долины.

— Хватит.

Ята погасила огонек и легким шагом направилась по едва заметной тропке вниз. А я за ней.

— Ты всегда такой пасмурный, Тео? — прощебетала она, и я почти что против воли улыбнулся.

— Нет, только по утрам.

— Ты пасмурный, Гуха с Якиром только и пьют огненную воду, Шелест (?) не отлипает от Листы, Веленстайн дрыхнет целыми днями, а Гаван с Бородачом все вынюхивают и вынюхивают… Странная у вас компания.

— Не менее странная, чем все это место. Видела бы ты ваши эти утренние моления со стороны…

— А что с ними не так? Мы славим Судьбу, что привела сюда.

Может быть, в часовом коллективном мычании на склоне горы и был какой-то глубокий смысл, но я его в упор не видел.

Я вздохнул.

— То место, откуда мы пришли… Оно не слишком приспособлено для жизни.

Она остановилась и повернулась ко мне.

— Так оставайтесь в Долине. Зачем вам возвращаться?

— С вот этим? — я щелкнул пальцами по ошейнику.

На милое личико Яты набежала тень.

— Староста Удун говорит, что со временем ошейники могут потерять силу.

— «Со временем» — это когда? Год, два, десять?

Ошейник Омерта ведь не просто метка раба, постепенно он пожирает саму душу, отбирая желание жить. Год, два, три… что от нас останется к этому времени?

— Тогда не думай о нем хотя бы сейчас, — улыбнулась Ята и, привстав на носочки, вдруг чмокнула меня в щеку.

После чего со смехом побежала по тропе вниз.

Чертовка.