В этой битве лидировал второй вариант. Осквернённые, выбрав своей целью воинов, сгрудившихся вокруг целителя, стремительно налетали на них, нанося много мелких кровоточащих ран или убивая одного из генералов, не вовремя подставившегося под удар. Лекарь, стремясь излечить несовместимые с жизнью раны солдат и продлить агонию лагеря, плёл заклинания лечения, не заботясь о собственной сохранности и в один момент умирал. Его тело тут же занимал ближайший раненный Осквернённый, бросая своё старое вместилище.

Вдруг, нарушая относительно равномерное и спокойное течение битвы, гигантский нетопырь — или летучая мышь? Со стороны залёгшего в траве Иссушённого было тяжело разобрать. — взлетел, шумно взмахнув крыльями. Жрица закричала «Назад!», её охранники схватили её, чтобы ополоумевшая от страха за своих подчинённых, она не кинулась их спасать. Иссушённый поднял голову в попытках рассмотреть летуна, и заметил небольшой силуэт, сидящий на голове зверя. Длинные заострённые уши существа сомкнулись вокруг парня, чтобы тот не вывалился. Он показался Астероту смутно знакомым, но вскоре крылся за низкими облаками, не давая ему второго шанса рассмотреть себя.

Через несколько секунд с чёрного неба сорвалась первая фиолетовая молния. Толстый разряд, выпущенный колдуном, ударил в одного из эльфов, закончив для него этот бой. Но молния не остановилась, убив одного, напротив, перескочила на ещё одного, а затем ещё, ещё и ещё раз…

Астерот поднял руку, ненадолго вернувшись в своё тело, чтобы остальные сидели тихо. Ещё, не дай Тьма, их услышат…

— Этот лес станет вашей могилой! — Пророкотал знакомый голос, позволяя Астероту почти безошибочно узнать парня. — И нашим подношением Ей! — Дариус смеялся, расстреливая сражающихся молниями. Его абсолютно не волновало, что зачастую выпущенные им заклинания пробивали Осквернённых. Видимо, он решил просто-напросто уничтожить всех. С каждой смертью Осквернитель распалялся всё больше, и его разряды росли вместе с постепенно накрывающим его безумием.

Спустя минут двадцать расстрел закончился. Гигантский нетопырь улетел, унеся с собой Осквернителя и тысячи жизней, повисших на его счету.

Вся поляна, наверное, раньше способная посоревноваться с другими местами своей ухоженностью и красотой, теперь была обезображена разлитой повсюду кровью и раскиданными по траве трупами. Кто-то лишился головы, кому-то вспороли живот. Некоторые трупы Осквернённых лежали с улыбками на мёртвых лицах: смерть стала для них избавлением от неприятного их эльфийским натурам существования. Наиболее мерзкие Осквернённые лежали, вгрызаясь в кого-нибудь: фиолетовые молнии застали элитных бойцов во время, пожалуй, самой красочной битвы за всю их жизнь.

Почти все дома были разрушены. Дариус и его прихвостни оставили после себя пару сотен дотлевающих хижин, полсотни растащенных на кусочки домиков с обвалившимися крышами. Вместо стен, раньше надёжно защищавших лагерь от нападений, сейчас были лишь руины.

Жрица что-то сквозь слёзы прокричала, видимо, из-за сильного потрясения перейдя обратно на эльфийский, и побежала в центр поля боя. Похоже, волшебство было у неё, что называется, в крови: пока она бежала, размахивая резным посохом, её кожа начала светиться, разгоняя рассветные сумерки. Наконец, добежав до того места, где совсем недавно сидела летучая мышь Дариуса, она вонзила посох в землю. Белое дерево засветилось ещё сильнее, и ввысь устремился луч света.

— ТЫ ЗАПЛАТИШЬ, ТВАРЬ!!! — закричала она, подняв голову. Жрица не могла видеть, как сзади к ней подбираются остатки её личной охраны. Она просто стояла и плакала, смотря на уходящий в никуда Свет. Вот один из крепких старых эльфов положил ей руку на плечо, другой чуть приобнял, третий прикоснулся ко второму плечу, четвёртый взял под руку, пятый прижался с другой стороны…

Эльфы прощались с ушедшими в Иноймир товарищами. Астерот, не желая и дальше наблюдать за трагической сценой прощания, покинул Иссушённого.

***

— Ну, что там было? — накинулась на него Лира, заметив, как ранее неподвижное тело Астерота дрогнуло. — Сначала вспышки, теперь, вот, луч, — она показала за спину, туда, где в небо уходил поток Света, генерируемый посохом Жрицы.

— Выжил ли хоть кто-нибудь? — Цит сжал губы и посмотрел в глаза Тёмному, а внутри у него всё сжалось от нехорошего предчувствия. С одной стороны, он не хотел слышать пугающие новости, но его разрывало от желания узнать, остались ли в живых его старые знакомые.

— Дариус убил всех. Осталась только Жрица и несколько её стражников, остальные мертвы. Эльфы хорошо сражались: перебили не меньше тысячи Осквернённых, но эта битва стала для них последней. Пойдёмте, Осквернитель уже улетел. Может, ты, Цит, сумеешь уговорить Жрицу рассказать нам о том, как попасть в ваш мир. Не хочу искать портал сам, слишком много времени это займёт.

— Вообще-то… — начал было полуэльф, но осёкся и махнул рукой.

Тёмный поднялся с земли, отряхнул плащ и мотнул головой вперёд, призывая идти. Цит, вздохнув, встал следующим, за ним вспрыгнула Лира. Шианхут молчаливой тенью побрёл за ними, замыкая процессию. Шли молча: Астерот думал, как разговорить эльфийку, чтобы та выдала местонахождение портала, Цит и Лира не решались заговорить, обдумывая развернувшееся рядом с ними сражение, которое чудом их не задело.