Два дня и две ночи он и незнакомка просидели возле постели больного. Его бросало то в жар, то в холод, он то плакал, то рыдал в голос, то смеялся, то кричал о каких-то черепах… Ему стало лучше только на третьи сутки. Малыш даже попытался встать. Женщина поддерживала его за руки. На четвёртые сутки ему стало ещё легче. Женщина спела ребёнку песню. Её слова лекарь тоже знал наизусть… Позже незнакомка, подойдя к мужчине, тихонько спросила:

— Что это был за яд?

— Сок корневища цикуты. Он крайне опасен.

— Спасибо, что спасли его! Спасибо!

Женщина кланялась так низко, насколько могла. Она даже на колени встала.

— Встаньте! Встаньте, прошу вас! Да встаньте вы уже! Это мой долг! — запричитал лекарь.

Он тогда с трудом заставил её подняться с колен.

— Это ваш сын? — спросил Ран её.

— Я… Я… Нашла этого мальчика, когда он сбежал от одного злого человека!

— Спасибо! Я сообщу в Павильон. Покажите сыщикам Чаритонам, где вы его нашли?

— Конечно! — горячо воскликнула она, гневно сжимая кулаки.

— Несчастное дитя…

— Вас так приёмная мать называла, — улыбнулся лекарь, вынырнув из воспоминаний.

— Я давно называю её просто матушкой, — ответил Сэнда. — Ещё раз спасибо, что спасли меня тогда!

Лекарь улыбнулся и спросил:

— Это мой долг… Что вам угодно?..

— Да я так, зашёл проведать вас, — ответил Сэнда.

«Полуночный, как же стыдно подозревать такого уважаемого человека!» — горько подумал Сэнда.

Вдруг послышался громкий женский голос. Лекарь схватился за сердце и болезненно зажмурился.

— Подождите! Подождите! — кричала женщина. — Лекарь уже принимает!

Но в двери настойчиво постучали и тут же раздвинули их, не дожидаясь приглашения: на пороге стоял актёр с корзинкой в руках.

— Мне очень срочно, господин! Прошу простить! Я даже вот яблок по пути собрал, что бы вы не сильно злились на моё вопиющее поведение. Прошу: примите их! Но мне действительно срочно!

— Что случилось? — устало спросил лекарь

— Нужно средство от поноса.

Сэнда прыснул в кулак. Актёр смерил его уничтожающим взглядом и, лучезарно улыбнувшись, поставил корзину с плодами на стол. Лекарь вздохнул и подошёл к шкафу. Найдя нужное лекарство, он подал его актёру. Мужчина расплатился, снова взглянул на Сэнду и вышел вон.

Лекарь потёр виски и откусил кусок от яблока. Но оно оказалось слишком кислым. Лекарь сморщился и положил его в корзинку. Цепкий взгляд напарника сыщика зацепился за след укуса. На лбу мужчины выступил липкий пот: на следе явно не хватало одного зуба. Схватив яблоко, он спрятал его в карман и сказал:

— Я навещу ещё раз вас сегодня!

Выскочив за дверь, Сэнда достал из кармана яблоко и принялся судорожно его изучать. Сомнений не было: у лекаря отсутствовал один зуб ровно в том месте, где он отсутствовал на слепке из воска, снятом с бедра задушенной девушки, выкатившейся на тележке посреди праздника Красных Листьев.

«Чего этот ребёнок быстро вылетел?» — подумал лекарь. Его взгляд скользнул на корзинку с яблоками. Откушенное яблоко исчезло. Ран похолодел. Его сердце защемило ещё сильнее.

«Дитя… Видит Полуночный, я не хотел! Я не желал, чтобы ты узнал это! Пора заканчивать…». Схватив пузырёк со стола, лекарь проворно вылез в окно и побежал.

Сэнда раскрыл двери и крикнул:

— Господин Борг!

Но комната была пуста. Мужчина метнулся к окну: он увидел серые одежды лекаря. Сэнда выпрыгнул в окно и побежал за ним. Но, поплутав по окрестным улицам, мужчина остановился на Цветочной и понял, что потерял след. Сэнда готов был рвать на себе волосы от злости, как внезапно ему под колени уткнулась… Гиена. Сэнда резко развернулся и увидел главу.

— Я освободился, — сказал глава. — Хиша завершит сожжение тела. Мне надо найти Тиома.

— Твоей чуйке надо отдельный храм возвести! — крикнул Сэнда и сунул Литу под нос яблоко.