Квартирмейстер в чине генерала моргнул тяжелыми веками и снова хихикнул.
– Да? Восемнадцатый...

– Восемнадцатый полк морской пехоты, Седьмая рота.

Квартирмейстер озирался, будто заболев. Лицо потемнело.
– И что с ними?

– Их оружие, мундиры, снаряжение и так далее... все проведено задним числом. Все выдано под подпись некоего...
– Картерон сощурился, - квартирмейстера сержанта Неллата.
– Он всмотрелся в потного толстяка.
– Скажите, генерал... кто этот сержант Неллат? Не могу найти его ни в одной книге.

Генерал снова смеялся.
– Уверен, ошибка какого-то клерка. Непредумышленная. И всего-то. Не стоит человеку вашего положения, Верховный Кулак, беспокоиться по...

Картерон кивнул.
– Да, вы правы. Конечно.
– Закрыл тяжелую книгу, еще одну.
– Увы, меня заботит совсем иное. Что, если мы прикажем Седьмой занять позиции или поддержать другой отряд, и лишь после проигранной битвы поймем, что... не было никакой Седьмой роты?

Генерал яростно кивал: - Да, это было бы печально. Обещаю вам, что лично доберусь до корня проблемы!

Картерон кивнул страже.
– Пусть попробует.
– Те открыли дверь, еще двое солдат ввели человека с серым лицом.
– Я не смог найти квартирмейстера Неллата, но нашел просто сержанта Неллата. Вашего зятя, как я понял.

Генерал покраснел, губы отвердели.
– Не докажете!

Картерон махнул страже, веля арестовать негодяя.
– Это решать военному суду. Хватит тратить мое время!

Конторские начали подтаскивать очередную порцию книг; Картерон озирался, желая воды, в горле стало сухо от пыли. К сожалению, вокруг не было ни капли. Он вздохнул. Случай явный и вопиющий. Но здесь полно мошенников куда хитрее. Впрочем, осуждение и конфискация имений этого типа послужит предостережением всем остальным, а может, даже заставит их задуматься и сделать перерыв.

Дверь распахнулась, он тревожно оглянулся. Один из Когтей стоял в проходе, запыхавшийся, глаза выпучены.
– Идемте!
– только и пробулькал он, прежде чем исчезнуть.

Картерон чуть не выронил личные дела. Никогда прежде он не видел такого возбуждения на лицах этих людей - точнее, на их лицах вообще ничего нельзя было прочесть. Первой мыслью было: "Боги, неужели кто-то наконец добрался до Угрюмой?" Но разве они не постарались бы скрыть свой промах?

Он кивнул писарям: - Продолжайте, - и метнулся к двери.

Дворец у гавани казался разворошенным муравейником. Никто из встречных не смог сказать, почему - рассказывали лишь о противоречивых приказах и смене начальства. Напаны - стражники вели его все выше, в покои для правителей, которыми Угрюмая никогда не пользовалась. Сейчас тут кишели слуги и вестовые, все бегали, подметали и чистили ковры, тащили постели, бокалы с вином, ликерами, тарелки и блюда.

Картерон озадаченно чесал лоб. По крайней мере, это было не похоже на последствия убийства.

И тут распахнулась дверь спальни, он углядел тощую как вешалка фигуру Танцора - выглядит куда хуже обычного, прижался к стене, скрестив руки. Моряк подошел, обменялся рукопожатием.
– Танцор! Рад видеть. А...

Ассасин кивнул и поглядел вглубь комнаты. За роем служанок стоял громадный чан с мыльной водой, из пенной массы торчали морщинистая голова и впалая грудь мудрого правителя Келланведа. Он воздевал руки, приказывая служанке чесать спину длинной щеткой.

Тут была и Угрюмая - ходила взад-вперед, сложив руки на груди, лицо озабоченное и какое-то грустное.

– Где...
– начал Картерон. Танцор качнул головой.

– Даже начинать не хочу.

Где бы они ни побывали и что ни испытали, это было ужасно. Мужчина перед ним постарел на годы. Лицо обгорело и шелушилось, брюки и рубаха порваны, грязны до безобразия, башмаки в дырах. Он и раньше был худым, но сейчас казался веревкой, намотанной на шест.

– Джейдин?
– решился спросить Картерон.

– Оказалась недостойной, - сообщил Келланвед из ванны.

Картерон вопросительно глянул на Танцора, тот отмел вопросы.
– Забудь о ней.

– Прошу, продолжай, - велел Келланвед Угрюмой.

Та поджала губы, но послушалась.
– Силы с Малаза нацелены на восток, тогда как напанам дано задание готовиться к скорому рейду на запад.

Келланвед кивнул.
– Ясно. И это все наши силы?

– Практически да, кроме остающихся для обороны.

Келланвед снова кивнул, вытянув руку для обработки.
– Отлично. Мне пришла на ум одна цель, которую нужно атаковать немедленно!

Картерон и угрюмая озабоченно переглянулись; даже Танцор нахмурился в смущении.
– Какая цель?
– сказал он.