— В верном направлении мыслишь, ученик, в верном.

Как всегда учитель говорил ироничные фразы с совершенно невозмутимым лицом, и невозможно было понять, то ли он так над Артёмом подшучивает, то ли абсолютно серьёзен. Артём уже давно счёл за лучшее не обращать на это внимания, тем более что учитель вёл себя так почти со всеми.

— Такие чертежи, — продолжил поучения Громалк, — называются магограммами. Символы эйтов, как ты уже понял, вписываются на них в кружочки, а задействованные одновременно маголинии именуются контурами или связками.

— А что вот это за эйт, учитель?

Артём указал на неизвестный ему ещё символ похожий на два расположенных вертикально треугольника соединённых углом или на песочные часы.

— Эйт времени, — отозвался Громалк. — Одни эйты хорошо сочетаются, другие несовместимы, а третьи сочетаются, но не очень. А вот у эйтов времени, энергии и пространства сочетание идеальное. Ты видишь — они все соединены друг с другом. Синий цвет кружка означает, что время обнулено, и все процессы в аккумуляторе заморожены, то есть энергия не рассеивается.

Схему можно представить и по-другому: как пространственную клетку с энергией помещённую внутрь одного большого эйта нулевого времени, мысленные конструкции будут эквивалентны. По мне вторая, так даже удобней. Впрочем, как я не раз говорил, в магии всё очень индивидуально.

— А как представить нулевой эйт? — заинтересовался Артём. — Просто подкрасить синим?

Учитель хмыкнул.

— Это тебе не урок рисования. Ты должен представить себе саму суть нуля. В данном случае эйт времени обычно совмещают с потоком или волной, а потом представляют их себе застывшими или замороженными. Как видишь, эйтами можно слегка манипулировать и самими по себе, как отдельными элементами.

Громалк бросил короткий взгляд на ученика, возможно проверяя, как тот усваивает материал, но по каменной физиономии голема понять, что-либо было невозможно. Если такое отсутствие контакта и раздражало, то учитель не подавал виду. Артём же уже давно понял, что в магии многое, если не всё, зависело от воображения адепта и одновременно его умения абстрагироваться от внешних форм явления в пользу его глубинной сути.

— Конечно, — продолжал Громалк, — полной стабилизации не существует, небольшая утечка всегда есть, даже у магиров, но она ничтожна.

Он усмехнулся.

— И именно по этому все маги ещё живы, а не сожгли себе там чего-нибудь.

Он снова искоса посмотрел на Артёма, но голем даже не шевельнулся. Тем более, что ничего особенного учитель, по его мнению, не сказал.

— Высокие энергии всегда опасны, — произнёс он, как аксиому, — для дураков.

И учитель удовлетворённо кивнул, показывая, что оценил юмор.

— Ну что, попробую сотворить контур! — сказал Артём, полагая, что в этом и состоит смысл нынешнего урока.

Но Громалк отрицательно покачал головой.

— Нет, рано. Сперва я хочу, что бы ты попробовал простую перекачку энергии из одной точки в другую. Это поможет тебе сориентироваться, и в последствии подобрать оптимальную для себя скорость процесса, которая не навредит тебе при аккумуляции. Иначе, накачав больше, чем способен поглотить, можешь, как было сказано, запросто себе чего-нибудь сжечь.

Учитель чуть прошёлся по комнате.

— Ага, вот.

Он коснулся ничем не примечательного участка стены возле окна.

— Ну-ка, посмотри на маголинии.

Артём переключился на магическое зрение. Ничего такого он на стене не увидел: обычная концентрация маголиний для искусственных объектов.

— Не так смотришь, — понял его затруднения Громалк. — Не просто смотри на сами лини, прочувствуй их смысл, короче говоря эйты.

До этого момента Артём не представлял, что эйты могут быть чем-то внешним, по отношению к нему. Они представлялись Плохому исключительно порождением его разума. Ну да, конечно, если что снаружи, то и внутри, то, то что внутри, то одновременно и снаружи.

Некоторое время Плохой просто пялился на пересечение линий, пытаясь разглядеть там кружочки с символами — ничего не выходило. Наоборот, от чрезмерного напряжения Плохой даже утратил концентрацию и едва не «потерял» саму сеть, она стала расплываться перед глазами.

Артём покосился на учителя, но тот оставался невозмутимым, и Плохой понял, что больше подсказок не будет. Всё слишком индивидуально, — мысленно повторил Артём не раз слышимую от Громалка фразу. Ну ладно, что мы собственно ищем? Наверняка энергию, силу. И, похоже, тепловую, стена сильно нагрета солнцем. Так вот, что выискивал Громалк. И как это может выглядеть на ментальном уровне?