Тот лишь развёл руками.

–Ты считаешь, что такие как я не достойны общения с вами? – спросила девушка, интуитивно расправив плечи и выпрямив спину. – Думаешь, что делаешь нам одолжение?

Колдун продолжал молчать. Ник тактично больше не встревал в разговор.

–Отчего же? Думаю, что Колдуна более чем устраивают его приятели.

Эти слова принадлежали Нино. Колдун кивнул головой, подтверждая их.

–Что же тогда Колдуна НЕ устраивает? – спросила Регина, сделав ударение на отрицательной частице.

В голове девушки никак не укладывалось, почему Колдун молчал, если имел к ней какие-то претензии? Они бы миллион раз могли обсудить любые вопросы, скажи он хоть слово, дай хоть полунамёк.

«И сейчас стоит как истукан и молчит, будто воды в рот набрал. Неужели не проще выложить все карты на стол? Чего он испугался?», – подумала про себя Регина и осеклась. Пазлы сложились воедино.

–Тебя не устраиваю Я. Я рядом с Павлом.

Произнеся это, Регина схватилась за голову. Сколько их ещё ходит по поселению, молчаливых злопыхателей, вынашивающих свои мыслишки, но трусливо избегающих говорить их открыто? Сколько птиц смотрят с презрением на неё? Сколько звериных сердец ревностно следят за ней, надеясь, что она споткнётся?

Регина сверлила Колдуна взглядом. Как ей хотелось, чтобы он опроверг её слова! Но тот продолжал молчать.

–Скажи уже что-нибудь! Или твои манеры не позволяют тебе обсуждать такие щекотливые вещи, как разделения происхождения?

–Оставь его, – вновь подала голос Нино. – Скажи он хоть слово против тебя, и Павел моментально вышвырнет его из вашей богемной тусовки. А это ой как не в интересах Колдуна.

–Трус! – прорычала Регина.

–Ты постоянно твердила об учёбе. Говорила, что хочешь просить старейшин учиться в городе. Я надеялся, что ты уедешь, и всё поменяется.

Произнося это, Колдун сверлили глазами пол.

–Но это же вопрос всего лишь нескольких лет. Я вернусь…

–С ума сошла? – на сей раз Ник вступил в беседу. – Совсем что ли умом тронулась? Уехав отсюда, ты навсегда сотрёшь себя из жизни поселения.

Регина хотела было сказать, что Ник несёт какую-то бессмыслицу, но поняла, что он как раз в корне прав.

–Твой отец…. Он старейшина… Что он тебе говорил про мой отъезд?

–Что одобрит твоё стремление.

Колдун по-прежнему не смотрел на неё.

–Одобрит стремление и…?

–И закроет для тебя поселение.

Слова полоснули её больнее, чем это мог бы сделать кинжал.

–Подленько, – ухмыльнулась Нино, оскалив два верхних клыка. – Проявление птичьего благородства во всей его красе.

Ник подошёл к ошарашенной Регине и участливо положил ей руку на плечо.

–Тебе нельзя уезжать. Иначе рискуешь никогда не вернуться. Понимаешь?

Она понимала. Теперь она всё слишком хорошо понимала.

–Павел знает?

–Не может не догадываться, – пожала плечами Нино. – Но наш будущий вожак страдает пороком вседозволенности и вряд ли воспринимает эти вещи всерьёз. Всё дело в том, ваше сиятельство, что с высоты птичьего полёта земные интриги и неурядицы кажутся слишком уж незначительными.

Продолжать беседу Регина больше не могла. Она просто не находила в себе на это сил. Окинув ещё раз взглядом опустившего голову Колдуна, равнодушно вертящую в руках кинжал Нино и участливо смотрящего на неё Ника, девушка покинула конюшню под недовольное ржание Вихря. Он привык, что Регина всегда берёт его на прогулку.

Что ж, не он один столкнулся в тот день с изменениями в привычном ходе вещей. То ли ещё будет.

Глава 4

Сокол

2001

Под ногами шуршали листья. Ничего особенного. Так же они шуршали и десять лет назад, и двадцать. И, должно быть, точно такой же звук издавали и до его рождения. Вот занятная вещь: вся жизнь перевёрнута с ног на голову, а он не может отделаться от мысли, что листья шуршат точно так же, как и в тот последний день. Что ж, можно сказать, что он шагает не просто по листве, уставшей за лето от солнца и напоследок хорохорящейся красками, а прямо-таки по руинам своей недожизни. Хм… Какая склизкая поэтичность. Регине бы понравилось.

За месяцы, прошедшие с момента возвращения Павла, многое вокруг поменялось. Сокол узнавал и не узнавал поселение. Что-то, конечно, осталось прежним: улочки покинутых домов, здание школы (кажется, там не было стёкол в прошлый раз), особняки, фактически проглоченные за время одиночества собственными садами, опустелые конюшни. Пожарища бильярдной больше нет. На её месте появился какой-то сруб с непонятным предназначением.

Вот уж что Сокол точно не ожидал увидеть, так это бараки. Почему-то он думал, что Павел первым делом уничтожит их к чёртовой матери. Ан нет, вон они стоят, красуясь облезлым брюхом. Зато крышу подлатали.