Заснуть, оставив без присмотра керосиновую лампу и буржуйку, Лера боялась. К рассвету она все же задремала, и проснулась от стука в дверь и скрежета когтей по дереву.

– Кто там?!
– она подскочила с кровати и подбежала к двери, приложила ухо к холодной древесине и прислушалась. В ответ зарычал алабай.

Лера медленно отошла вглубь домика и посмотрела на остывшую буржуйку. С каждой минутой становилось холоднее, словно лес намеренно вытягивал тепло наружу. Разобрав поленья в одинаковые стопки, она почистила буржуйку и заложила новую партию дров. Пока печь разгоралась, потихоньку наполняя воздух теплом, Лера полезла в пакет с продуктами и выудила оттуда небольшой кусок сырой говядины и разные овощи: баклажаны, помидоры и сладкий красный перец. Под столом нашлась походная плита, уже заправленная газовым балончиком. На стене над столом, в ряд висела кухонная утварь, старая, покрывшаяся пылью и тонкой паутиной.

Лера вытерла сковороду тряпкой, которую нашла, висящей над буржуйкой, и поставила ее на плиту.

Спустя час она смогла позавтракать овощным рагу с крупными брусками мяса. Алабай, который сидел рядом с окном, доставая носом до стекла, смотрел на нее голодными глазами и жадно облизывался. Уличив момент, когда его что-то отвлекло в лесу, Лера приоткрыла окно и бросила остатки еды псу.

В дневном свете домик выглядел более приветливо, а когда она застрелила постель высохшим пледом, то и вовсе уютным. На деревянных стенах домика играли солнечные блики, на полу лежала большая овечья шкура. Лера заглянула под кровать и нашла жесткий коричневый чемодан из кожзаменителя, застегивающийся на две крупные защелки. Лера видела точно такие же чемоданы у матери, доставшиеся ей от бабушки.

Чемодан оказался набитым книгами и журналами на охотничью тематику. Представить, как Станислав Викторович коротает холодные ночи за чтением книг, было не сложно. Человек, который уходит на неделю в лес, должен знать не только как охотиться, но и выживать. Перебирая пальцами шероховатые книжные страницы, Лера вытащила из чемодана несколько журналов, которые не могли не привлечь ее внимание. Они пестрели откровенной эротикой, и даже порнографией.

Журналы она припрятала под подушку, а чемодан вернула на место - под кровать. До обеда обыскала дом и нашла отсыревшую пачку сигарет за буржуйкой. От скуки она просушила сигареты на печке и попробовала закурить. Горло обожгло горячим дымом, и она тут же бросила эту затею.

Лера пробовала выглянуть из дома, но алабай с рычанием бросался на дверь. Пес охранял ее, не позволяя не то что выйти, но и высунуть нос. Оставалось сидеть в доме и дожидаться возвращения его владельца. И времени у нее было предостаточно.

Съев упаковку печенья, Лера через окно накормила алабая добротным куском колбасы и спустила в миске воду, обвязав ее найденной в доме веревкой. Жалость к животному побуждала ее рисковать и кормить его, попутно ругая Станислава Викторовича за черствость и жестокость. Разве хороший хозяин оставит своего пса голодным? Нет, он не был хорошим хозяином собаке, да и вообще, не был хорошим человеком.

Когда стемнело, Лера подожгла керосиновую лампу и устроилась у окна, наблюдая за черными тенями деревьев, которые ветвями стучали по стенам дома. Пес поскуливал, скреб когтями дверь, то ли прося еды, то ли прося впустить его в тепло. Его присутствие успокаивало ее, не давая поддаться страху. Она боялась непроглядной темноты, боялась леса и его обитателей, и убеждала себя, что пес будет защищать ее от любой опасности.

Уже зевая, Лера набросала дров в буржуйку, погасила лампу, легла в кровать и, кутаясь в теплый плед, уснула.

Стас проснулся раньше обычного. Со вчерашнего дня он взял в привычку совершать утренние пробежки по дачному поселку и брал с собой собак, которым бег шел на пользу не меньше, чем ему самому. Желание привести свое тело в форму возникло внезапно, в тот же день, когда он отвез Леру в охотничий домик. Он и раньше посещал спортзал несколько раз в неделю, и все же, теперь ему казалось, что этого не достаточно. Поэтому он начал с получасовых пробежек и рассчитывал постепенно увеличивать нагрузку.

В наушниках играл неторопливый трек в исполнении Майкла Джексона, и настроение у Стаса поднялось, несмотря на порывистый холодный ветер, бьющий в лицо.

По приезду жены, он весь день провел в кабинете, сосредоточенно погрузившись в работу. Дело не ладилось, приходилось по много раз перечитывать уже выученные наизусть отрывки экспертиз, показаний свидетелей и дотошно изучать мутные фрагменты с камер видеонаблюдения. Клиент, которого Стас должен был защищать в суде обвинялся в убийстве брата, и, что удручало ситуацию, совершенно справедливо. Дело тянулось медленно, как жвачка, которую неторопливо наматывают не палец, и как только Стасу удавалось отстоять позицию своего клиента,тут же всплывали новые обстоятельства, новые свидетели, заставляя нервничать и усиленно работать. Тем он и занимался, когда в обеденное время в кабинет постучалась Мила.

– Я знаю, что ты занят, - произнесла она, заметив его недовольный взгляд.
– И все же ты должен поесть борщ, который я с любовью готовила все утро, - она театрально вытерла пот со лба и поставила на стол фарфоровый поднос, на котором стояла тарелка с борщом, с плавающими в ней аппетитными кусочками мяса; алюминиевая ложка, стакан компота и длинный нарезанный багет в миниатюрной плетеной корзинке.

– Хорошо, - Стас взялся за ложку.

– Какая работа на этот раз?
– Мила схватила папку со стола и с интересом раскрыла.
– Чей-то богатенький сыночек убил любовницу или может, изнасиловал однокурсницу?