– А ты бы отпустила человека, который целился в тебя из пистолета? Я понаблюдаю какое-то время за тобой, и отпущу, если буду уверен, что это правильное решение.

– Я буду одна?

– Одна.

– А если сбегу?

– Будешь молиться, чтобы тебя нашел первым я, а не волки и дикие кабаны.

Стас приподнялся, отпуская ее.

– Волки?
– Лера отползла на расстояние и вытерла слезы.
– Я не слышала, чтобы поблизости водились волки.

– Я раньше увлекался охотой, и мне есть, что рассказать. Место там уединенное, тихое и безопасное. Убежать можно, но смотря в каком направлении идти. Выберешь неправильное и из леса не выйдешь. Если тебя не убьет холод, это сделают звери. Ты можешь мне не верить, но подумай хорошенько, прежде чем рисковать жизнью.

Стас довольно наблюдал, как она нахмурилась, молчаливо обдумывая услышанное. Про волков он не врал, но опасность преувеличивал. Охотничий дом, который не использовался по назначению уже давно, и с каждым годом все больше пустовал, был расположен всего в тридцати километрах от жилого поселения, к которому звери не подходили, предпочитая скрываться глубоко в лесу.

– Возьмите с собой алабая, - сказал Виталий, лениво подпирающий плечом дверной косяк.

Стас кивнул, соглашаясь.

– Подготовь Гектора.

– Я боюсь собак, - округлила глаза Лера и села ровно, приосанилась.

– На то и расчет, - ухмыльнулся Виталий и скрылся на улице.

– Идем, - потянулся к Лере Стас, но она отшатнулась от него и поднялась на ноги.

– На улице холодно!
– вскрикнула она, выглядывая на крыльцо.

– В машине тепло, - ответил Стас и подтолкнул ее к выходу.

Она надела кроссовки, ежась от холодного ветра, добежала до машины, и запрыгнула на пассажирское сидение. Позади Нисанна стоял джип.

– Ну че, порядок?
– выглянул Паша в приоткрытое окно.

– С Гектором поедете, вслед за нами, - подошел к ним Стас.

Лицо Паши скривилось, и бросив взгляд на пыльное заднее сиденье, он коротко кивнул.

– С намордником. Я эту зверюгу опасаюсь.

– Я тоже, - подал голос Андрей.

Стас сел в Ниссан и в зеркало заднего вида наблюдал, как Виталий сажает в джип крупного Гектора, а затем идет в дом за лериной одеждой.

Включив печку, он направил поток горячего воздуха на дрожащую Леру. Руки ее по-прежнему были в наручниках.

Виталий принес куртку и отдал свою шапку, и когда Лера оделась, Стас выехал за ворота.

Они ехали долго. Сначала по дачным поселкам, потом по тихой в ночное время трассе.

– Почему вы не отправили то письмо?
– тихо спросила Лера.

Она успокоилась и теперь сидела притихшая, в одно мгновение осознав, какие последствия мог повлечь ее импульсивный поступок. Безликие бараки с рядами одинаковых коек, решетчатые окна и соседки, среди которых много озлобленных и даже жестоких: все это встало перед глазами, словно она вновь оказалась в исправительной колонии.

Так и не дождавшись ответа от Станислава Викторовича, она задремала, и изредка просыпалась от светящих в лицо фар встречных машин.

В салоне зазвонил телефон, и после короткого разговора, Станислав Викторович здорово встряхнул Леру за плечо.

– Что у тебя с Лебяжкиным Павлом?!

– Кто это?
– спросонья она не только не поняла, о ком речь, но и почему Станислав Викторович опять зол.

– Мужик, который дал тебе пистолет, - услужливо поведал он, но от его сухого тона холодок пробежал по коже.

– Мой сосед в общаге, - стушевалась Лера, словно ее уличили в грязной связи с бывшим уголовником.
– И он не давал мне пистолет, я сама его украла.

– Украла?
– Станислав Викторович искренне удивился и посмотрел на нее, ожидая пояснений.

– Да, - буркнула Лера.
– Он пьет запоями, да еще и сидел за убийство. Вот и украла, чтобы не пристрелил кого-нибудь.

Сказала и губы поджала. Глупо прозвучали слова, особенно после того как она сама чуть не подстрелила Станислава Викторовича.

– Как ты смогла выкрасть пистолет?
– мужчина продолжал вести машину по трассе и допытываться.

– Когда Паша пошел в душ, взяла с полки пистолет и спрятала в сумку...

– В душ?
– рука Станислава Викторовича, сжимающая руль, резко дернулась вниз, и машина круто вильнула по мерзлой трассе.

– Осторожно!
– вскрикнула Лера и вжалась в сидение.

– Я повторяю вопрос. Что тебя связывает с этим мужиком?
– грубо спросил Станислав Викторович, выравнивая машину. Он не смотрел на нее, но и в профиль было видно, как заострились черты его лица, плотно сжались губы и широко раздувались ноздри.