И это я еще не говорю про его цену!

Ну и пращники, конечно, в армиях случаются -- куда без этого?
– - но тоже... Не основной род войск, так скажем.

При всем при том, совершенно бесполезным лук не является, -- хотя бы и потому, что действительно закрытых с ног до головы воинов не так много, -- и входит в обязательный комплект вооружения ашшорских, инитарских и мирелских витязей. Ну и пешие лучники тоже у всех есть, как иначе.

Кстати, не «одноусые», а совершенно отдельное сословие -- лицо бреют за исключением подбородка, на котором отращивают узенькую бороденку, заплетенную, обычно, в косичку. Хотя тут фантазия пеших лучников законом и традицией не ограничена, встречаются даже бородки наподобие фараоновых.

– - И, кстати, очень прискорбно, что у нас в армии ничего похожего на дели нет. Но это-то не к спеху, а вот с пехотой, я имею в виду, с нормальной пехотой, вопрос назрел.

– - Что его величество считает нормальной пехотой?
– - уточнил Латмур.

– - Рулиннойских и скарпийских фалангитов, например. Ведь это те же витязи, по сути, только без коней.

– - Государь, -- тяжело вздохнул капитан, -- быть витязем почетно но тяжело, хотя бы и оттого, что оружие и доспехи настолько дороги, что сбруя и какая-никакая лошадка уже не становятся непосильной ношей для мошны того, кто выбрал для себя путь воина. Именно потому-то витязи -- это сословие всадников.

– - Значит нам просто нужно новое сословие.
– - пожал плечами я.

Командир Блистательных удивленно воззрился на меня, но обошелся без немедленных возражений.

– - Вот скажи мне, чьи дети под твоей рукой служат? Сыновья витязей и князей, потомственные воины, верно?

– - Ну-у-у...
– - Латмур чуть потупился.
– - Один -- сын разбойника, государь. Но остальные -- да! Дети благородных и славных отцов.

– - И во всей Ашшории верно так?
– - уточнил я.
– - Стезю воителя себе избирают те, чьи отцы тоже придерживались ее?

– - Полагаю, что так оно и есть.
– - осторожно кивнул Железная Рука.
– - Людям вообще свойственно следовать по стопам родителей, да и нужно оружие и броню иметь, пусть хотя бы и отцовские, а это очень дорого.

– - Хочешь сказать, -- я откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди, -- что в городах, среди купцов и мастеровых так уж мало найдется людей, которые способны купить себе саблю, кольчугу и шлем?

– - Смотря какие, конечно, ваше величество... Но, думаю что таких горожан сыщется немало.

– - И отчего же младшие сыновья городских богатеев так не любят становиться витязями, а все больше норовят в жрецы да философы подаваться, что, кстати, несколько менее почетно? Ведь никакого запрета на то нет -- будь ты хоть крестьянин, хоть сын владетельного, дорогу в воинское сословие открывают конь, оружие и доспех, но вовсе не заслуги предков, как это бывает у многих соседних с нами народов. Может, горожане попросту трусливы?

– - Нет, повелитель, храбрость и трусость тут не при чем.
– - капитан отрицательно помотал головой.
– - Дело в том, что одного обладания саблей или мечем мало -- надобно уметь ими пользоваться.

– - А разве никто из горожан оружием владеть не учится? Да вот хотя бы и в школах телесников.

– - Учатся, как не учиться? Купцы, приказчики, даже те из их слуг, что хозяев с караванами сопровождают -- если нападут разбойники, то драться надо всем, а не надеяться на то, что охрана с жульем сама управится. Только... умения поставить пару блоков или ткнуть копьем мало для витязя, повелитель. Потребно уметь держать строй, как пеший, так и конный, да и просто рубиться верхами, а не отмахиваться с телеги топором. А городские жители, они верхами не очень. Ездить еще куда ни шло, а вот в бой, это долго учиться надо. Когда и где горожанам этим заниматься? Не спорю, бывают и такие, что могут...

– - Но в основном -- не умеют.
– - удовлетворенно кивнул я.

– - В большинстве своем -- да. Не умеют, государь.
– - согласился командир Блистательных.

– - И тут мы с тобой, князь, возвращаемся к вопросу с пехотой.
– - я облокотился локтями на стол и постарался глядеть на Латмура как можно умильнее.

Железная Рука призадумался на минуту, энергично потер подбородок, ероша бороду,а затем пристально глянул на меня.

– - Слабость зажиточных горожан в том, что они скверные наездники...
– - неторопливо и раздумчиво произнес он.
– - Вы считаете, что их слабость возможно обратить в силу?

– - Можно.
– - кивнул я.
– - Но только в том случае, если они сами этого захотят. Вернее, если заставить их этого захотеть. Тогда у нас будет немного действительно хорошей пехоты.

– - И как ваше величество намерены этого добиться?
– - поинтересовался капитан.

– - Хитростью, разумеется. И игрой на струнах чужого тщеславия.

– - Солнце завещал нам, что тщеславие есть грех.
– - Латмур иронично изогнул бровь и усмехнулся себе в усы.

– - О, да. Это мой любимый грех.
– - я вернул ему усмешку.
– - Благодаря ему людей можно направить туда, куда тебе угодно. Ну а поскольку я человек духовный, где-то даже просветленный, пожалуй, то -- можешь мне верить, -- пойдут они вовсе не в дурную сторону. Вот скажи мне, князь, кем в нашем славном государстве быть почетнее: витязем или лавочником-торгашом?