Я тяжело вздохнул от этой своей мысли. Так хотелось побыть приличным монархом, пользу какую-то принести подданным, голод и нищету в стране извести, например, ну или хоть в целом экономику поднять, а тут первоочередная задача вырисовывается: сядь да придумай кого казнить, и, главное, за что. Так, чтоб ненавязчиво намекнуть окружающим, что вот этого делать не стоит в первую очередь.

– - Ну чего, кот?
– - обратился я к вылезающему из-за указанного мне Румилем гобелена Князю Мышкину.
– - Давай что ли завтракать?

Царских котов в Ежином гнезде, как выяснилось, кормят тоже по-царски. Ну и самих монархов ничего так -- дежурная смена расстаралась. Пришлось их даже пожурить: нечего, мол, мне аппетит перебивать, хватит и легкой закуски, чтобы их пожилой монарх просто заморил червячка и не протянул ноги до официального завтрака.

Попутно вспомнил, что хотел пригласить на утреннюю трапезу с наследниками обеих царевен, чиркнул им записку. Поглядел как Мышкин, с трясущимся от жадности хвостом, трескает разные вкусности и попросил передать на кухню нижайшую просьбу не портить мне зверя, потому как на такой диете тот мышеловом не станет -- рыбки там, мяска, потрохов всяких ему заказал. Не откажут, чай, старику в такой малости. В его-то собственном дворце...

После трапезы сгонял в царскую часовню, типа помолиться, помедитировать и все такое -- надо же образ государя-инока поддерживать, -- а на обратной дороге заглянул в дворцовую библиотеку на предмет разжиться чем-то на почитать.

К моему удивлению библиотекарем оказался не почтенный старец, а вполне себе молодой, лет так двенадцати, парень, ничем канцелярскую крысу не напоминающий: высокий, атлетически сложенный, и ни с какого боку не аристократ, если судить по «бородатому праву», а вовсе даже из сословия ремесленников. Ну то-есть гладко выбритый и с короткой стрижкой «под ежика».

– - Внезапно.
– - прокомментировал я, когда парень, а был он, несмотря на ранний час уже на службе, поднялся из-за столика библиотекаря и вежливо меня поприветствовал.
– - Неожиданно. Я бы даже сказал -- свежо. И как же это столь молодой человек оказался хранителем дворцовой библиотеки?

Бахмет -- молодой человек представился когда здоровался, -- чуть улыбнулся. Так, кончиками губ, едва заметно.

– - Я был лучшим учеником философа и наставника царевичей, Щумы Золотой Язык, ваше величество.
– - он с достоинством (опять!Да сколько можно?!!) поклонился.
– - Когда прошлый библиотекарь преставился, он рекомендовал на это место меня.

Так, надо будет выяснить, каком-такому пацифизму учит Асира и Утмира этот Длинный Язык, если после его уроков такие бугаи предпочитают целыми днями пыльными бумажками шелестеть, вместо того, чтобы девок портить. А после дознания на языке-то и удавить!

Ха! А я-то еще расстраивался, что надо придумать повод для казней!

– - Я тоже льщу себе надеждой когда-то вступить в философское сословие, а здесь -- парень обвел помещение широким жестом, -- просто неиссякаемый источник знаний, какого ни в одном публичном скриптории не найдешь. Столько редких трактатов, так много почти неизвестных трудов... Мой отец, а он глава гильдии переписчиков, государь, так что мало найдется в Ашшории людей лучше него разбирающегося в книгах, так вот -- многие из них он почитал давно утраченными.

– - Поди ты!

Ну теперь понятно, откуда деньги на обучение у такого философа взялись. Глава столичной гильдии это вам не хухры-мухры. Этот может дать сыну самое лучшее образование из возможного, а не ограничиться обучением счету и письму в классе философа-ученика, как большинство, или даже литературе, истории и математике у философа-подмастерья, как довольно многие. Финансов хватит.

– - А чего же он их не скопировал тогда?
– - спросил я.

– - У него сюда доступа нет, а блаженной памяти царь Каген не слишком увлекался чтением.
– - вздохнул Бахмет.

– - Понимаю.
– - кивнул я.
– - Это у нас семейное. Значит, говоришь, утраченные труды в моем дворце мыши едят?

– - Я, по мере сил, стараюсь переписывать наиболее изношенные свитки, государь.
– - ответил библиотекарь.
– - Князь Папак в должном количестве снабжает меня бумагой, но на пергамент тратится неохотно, увы.

– - Экономит? Молодец. Будущее все равно не за выделанными шкурами.
– - одобрил я рачительность кастеляна.
– - А книги эти, они содержат ценные знания и лежат тут мертвым грузом, выходит?

– - Не совсем мертвым, иногда кто-то из придворных берет свиток-другой для чтения...

– - Понятно все.
– - я махнул рукой.
– - Можешь не продолжать. Нет, ну когда библиографические редкости лежат невостребованные, и никто кроме нескольких зажравшихся говнюков к ним доступа не имеет, это непорядок. А открыть дворцовую библиотеку для всех, это тоже не выход -- мигом раздуванят.

– - Государь, если бы вы распорядились переписать их для скрипториев хотя бы в нескольких экземплярах...
– - Бахмет запнулся.