– Она как всегда радостная, - заметил доктор.
– За это ее и любят все больные.

– Мне кажется, сейчас нам очень будут нужны именно такие люди, директриса потерла подбородок.

* * *

– Куда это Вы, мистер Даниэль?
– Кенди подбежала к пациенту, который вышел из палаты на костыле.
– Разве доктор Франк Вам не говорил, что Вам рано еще вставать и ходить?

– Я все время думаю о своей работе...
– извиняющимся тоном проговорил мужчина.

– Я Вас прекрасно понимаю, но торопиться не следует, потерпите.

– Мистер Даниэль, что Вы здесь делаете?
– у подбежавшей Флэнни были наготове упреки и для сокурсницы.
– Кенди, ты же знаешь: малейшая неосторожность, и ему придется ампутировать ногу.

– Но... у меня ничего не болит...
– робко возразил пациент.

– Ну если Вам нравятся костыли, тогда считайте, что с Вами все в порядке, - холодно ответила брюнетка.

– Флэнни, но он успел сделать всего два шага, - пыталась спорить с ней Кенди.
– Нельзя говорить такие вещи.

– А ты слишком легкомысленна, - вставила ей Флэнни.
– Малейшая небрежность с твоей стороны, и пациенту может стать гораздо хуже. Конечно, приятно быть любимицей всех больных. Но ты отвечаешь за соблюдение режима, не забывай, - собираясь удалиться, она обернулась.
– Кстати, тебя просила зайти мадам директриса.

– Простите меня, Кенди...
– извинился больной.

– Все в порядке. Пойдемте, я провожу Вас в палату, - Кенди повела его обратно, помогая идти.

* * *

– Флэнни Гамильтон! Джуди Натс! Натали Винс!
– перечисляла директриса.
– Элина Мэнси! Кендис Уайт!

– Да!
– откликнулась Кенди.

– Отвечать необязательно, - пробормотала директриса.
– Все, кого я назвала, поедут работать в госпиталь Святого Иоанна.

– В Чикаго?..
– подумала Кенди. Другие ученицы тоже были изумлены.

– Госпиталь Святого Иоанна - это главная база нашей Школы для медсестер, - продолжала свою речь мисс Мэри Джейн, - и лучший госпиталь в Чикаго, оборудованный по последнему слову техники.

– В Чикаго живут Стир, Арчи и Анни, - подумала Кенди.

– Мне бы хотелось, чтобы вы стали хорошими знающими хирургическими сестрами.

– Значит, надо учиться хирургии... Наверное, на случай войны, шептались ученицы.
– Неужели они будут работать военными медсестрами?..

– Что это за разговоры о военных медсестрах? Ведь у нас нет пока никакой войны...

Директриса прокашлялась.

– Вы, наверное, догадываетесь, что в любой момент может случиться так, что нам придется работать не поле боя.

– Значит, Америка тоже может вступить в войну...
– с тревогой думала Кенди.
– А как же Терри? Сможет ли он играть в театре?

– Мисс Мэри Джейн, а почему мы должны оказаться на поле боя, ведь Америка не вступила в войну?
– спросила Элина.

– Тихо, замолчите!
– директриса хлопнула по столу.
– Нет никакой разницы между больными и ранеными. Вас учат тому, что медсестры не должны делать никаких различий. Какая страна, какая нация - это неважно. Больные или раненые - все люди одинаковы.

– Все люди одинаковы...
– повторила про себя Кенди.
– Энтони тоже так считал.

Слова Мэри Джейн запали Кенди в самую душу. Она знала, что поедет в Чикаго и освоит госпитале всю технику, все навыки хирургической медсестры, чтобы воспользоваться ими там, куда забросит ее жизнь.

74.

Снова отъезд.

Кенди, Флэнни и другие студентки должны были поехать учиться и работать в больницу Святого Иоанна, самый большой госпиталь в Чикаго. Их главная задача - освоить специальность хирургической медсестры. День отъезда в Чикаго приближался.

Флэнни уже спала, а Кенди еще писала письмо.

– Теперь я буду совсем далеко от Дома Пони, но я знаю точно, что мисс Пони и мисс Рейн будут рады узнать, что меня выбрали, чтобы отправить на учебу в Чикагский госпиталь.

– Кенди, это очень хорошо, что ты оказалась в группе лучших студенток, - сказала бы мисс Пони.

– Надо будет как-то дать знать Стиру, Арчи и Анни, что теперь я тоже буду жить в Чикаго, - улыбнувшись, подумала Кенди.
– Вот уж они удивятся, когда узнают, что я еду в Чикаго, в город, где они живут...