Меня записали на завтра, которого я с нетерпением ждала. Подбирала одежду тщательнее, чем для первого свидания. Решила, что та самая блузка в цветочек, которую Дан запомнил с фотографии личного дела, будет в самый раз. Не новая, но она мне шла. Хотела распустить волосы, но передумала.

На следующий день в назначенный час я нетерпеливо топталась в приемной, не решаясь войти. Дверь кабинета была открыта. Катерина Павловна с нечеловеческой скорость метала на стол перед Даном листы, которые он подписывал, а потом отодвигал в сторону. Секретарь ловко подхватывала завизированные документы в папочку и подсовывала следующий. Ерохин расписывался, одновременно говоря по телефону. Меня они не замечали, слишком увлеченные работой. Я не решалась даже постучать. Лишь, когда Пална набила полную папку и пошла к полке, чтобы поставить ее туда, я тихо кашлянула и перемялась с ноги на ногу, привлекая внимание.

Получилось. Дан оторвал глаза от монитора компьютера, но так же быстро и вернул их туда. Катерина Пална уделила мне больше внимания.

— А, Лена. Совсем про тебя забыла. Сумасшедший день сегодня. Давай.

С этими словами она буквально выдрала у меня из рук папку с автоматикой, положила перед Ерохиным.

— Подписать, да? — уточнила секретарь.

— Там были ошибки. Мы поправили. Владислав Николаевич велел…

— Потом, — перебил меня Дан, прикрывая рукой динамик, едва взглянув на том, отодвинул, — Вместе с остальным. Надеюсь, исправления корректны.

Он встал из-за стола, продолжая слушать кого-то в телефоне, буркнул:

— Секунду, — и уже обращаясь к Палне, — после обеда буду. Распечатайте допсоглашение по Орлу.

И вышел.

Меня чуть не снесло порывом ветра от его стремительного старта.

Катерина Пална покачала головой, подошла к столу, чтобы забрать мою автоматику. Углядев, что босс скрылся за дверями лифта, она сунула мне в руки папку, посоветовала:

— Не обращай внимания, — и пожаловалась, — Всю неделю такой. Как подменили Данечку.

Она впервые так откровенничала со мной. Хотя и момент подходящий тоже выдался первый раз.

— Обычно другой? — поинтересовалась я.

— Спокойный обычно, — подтвердила Пална, — А тут как подменили. Нервный, дерганый. Совсем его в этой Москве измучили придирками. Сволочи. Не берегут золотого человека. Молиться на него должны… Эх.

Она не стала продолжать, отправила меня с миром.

— Ты иди, Лен. Не переживай. Подпишет он потом все. Или срочно?

— Нет, — честно призналась я, — Просто Самойлов просил заранее. Да и сам Даниил Ильич интересовался. Но видимо сейчас это не так важно.

— Сейчас других забот полно, — подтвердила секретарь, — Иди с миром. Мне до обеда еще распечатать надо. Под горячую руку не хочу попасть.

Я покивала и пошла к лестнице. В обед на меня напал долгожданный дзен. Уверившись, что Дан злится и не желает со мной больше общаться, я успокоилась. Сразу стало как-то проще жить и работать. Моя трудоспособность повысилась вместе с настроением. Я даже решила заказать что-нибудь вкусненького на вечер и прихватить вина по дороге домой, чтобы посидеть с Милой у телевизора. Но не сбылось. Не изменяя традициям Ерохин огорошил меня в конце дня смской.

Д. Прокатишься со мной вечером?

Л. Куда?

Д. Это важно?

Л. Завтра на работу.

Д. Ненадолго.

Л. Ладно.

Подумала и добавила.

Л. Я скучала.

Д. На нашем месте в 19.30

Л. Окей.

Вроде бы и ничего особенного, но я насторожилась. Он никогда не упускал случая прицепиться к фразам типа «скучаю» или «жду встречи». Сегодня Дан был уж слишком лаконичен. Я, конечно, могла списать все на нашу ссору и его занятость, но не спешила обольщаться. Интуиция подсказывала, что прежней легкости в общении уже не вернуть. Так и вышло.

Я забралась в машину, которая стояла в назначенное время на условленном месте, и сразу ощутила перемену. Дан сдержанно улыбнулся, поздоровался. Он не упоминал нашу ссору, не говорил о встрече сегодня в офисе. Лишь кратко бросил:

— Спасибо, что согласилась составить мне компанию.

— С удовольствием, — улыбнулась я.

И тут же поняла, как фальшиво звучат наши слова. Словно на нем все еще был галстук, а у меня забраны волосы. Я понадеялась, что все это рассосется, уйдет, но зря.

Оказалось, Дану нужно заехать в постомат, чтобы забрать заказ. Он даже рассказал, что недавно оформил доставку каких-то особенно классных ножей. Все бы ничего, но в конце прибавил:

— Я бы пригласил в выходные к себе, чтобы вместе их опробовать, но ты ведь откажешься все равно.

Я сглотнула, даже не стала отвечать. Он и не ждал ответа.

Потом мы поехали на мойку, пили омерзительный пакетированный чай, пока его внедорожник натирали до блеска. Мне хотелось окатить Дана из шланга холодной водой за ледяной тон и нелепые разговоры, которые он заводил. Даже погоду обсудить сподобился.