Пришлось одновременно признать правоту и успокоить.

— Нет, в баре мне понравилось, правда. Кирилл забавный. А поет так чудесно. Про бургеры поговорим завтра.

— Но… — вызвал меня на откровенность Дан.

— Но я, конечно, такого не ожидала. Думала, мы просто поужинаем в ресторане.

— А вышел треш, да? — засмеялся босс, — Ладно, в следующий раз обещаю без экстрима. Какой ты любишь? Белладжо? Говорят, там неплохо.

— Да. Неплохо, — подтвердила я.

— Закажу столик, — пообещал Дан, — Давай только в выходные. Суббота?

— Хорошо.

Я представила себя в самом пафосном и дорогом ресторане города. С Даном. И… мне не понравилось. Сегодня мы побывали в таких местах, где никто не глазел. В этом была своя прелесть. В одночасье мне расхотелось выставлять свои игры с Даниилом на потеху публике. В субботу в Белладжо обязательно встретим кого-нибудь, а то и попадем в объективы камер той же «Светской жизни».

— Все в порядке, Лен?

Я не заметила, что повесила долгую паузу своими размышлениями.

— Да-да, — поспешила уверить, — Задумалась. Извини.

— Задумаешься тут, — недовольно проворчал Дан, — Заставили всю парковку, негде приткнуться.

Я с удивлением обнаружила, что мы находимся во дворе моего дома. Надо же так замечтаться.

— Ничего, если тут? Пройдешься до подъезда? — он кивнул на единственный свободный пятачок у соседнего дома.

— Да, конечно. Без проблем.

Это было даже лучше. Не хотелось, чтобы кто-то видел меня возле его машины, в его компании, всю такую недвусмысленно расфуфыренную. Едва Ерохин припарковался, я бросила:

— Ну, пока. Спасибо за вечер.

И поспешила выйти из машины.

— Лен, — догнал меня его голос, — Я провожу.

— Нет-нет. Не надо. Вот же дом, подъезд.

— Провожу, — настойчиво повторил Дан.

Машина мигнула фарами, тихо пискнув. Рука Ерохина снова оказалась на моих плечах, а потом медленно сползла на спину. Он чуть надавил, направляя, побуждая двигаться. Упирать на неуместность провожания я не стала, позволила ему вести меня к дому. Быстро запеленговав свет в окнах, я немного расслабилась. Милка уже дома, нам не грозит нечаянная встреча. В этот момент я еще сильнее осознала, что не хочу делиться своей личной жизнью, в которую так неожиданно и уверено собирался ворваться босс. Возможно, я привыкла прятаться с Владом. Или просто не готова ко всем этим разговорам и пересудам за спиной. А они будут. Стоит хоть кому-то одному узнать, и не остановишь адскую машину сплетен. Становиться очередной из младшего звена в списке соблазнённых Ерохиным мне не хотелось. Если он пожелает щелкнуть Влада по носу, то сделает это без лишней шумихи. Во всяком случае, я на это надеюсь.

Я собиралась отменить поход в Белладжо при удобном случае, и он представился мне очень скоро.

— Спасибо, Дан, — проговорила я, останавливаясь у подъезда, — Вечер был… мммм… интересным. Я бы даже сказала, оригинальным.

— Как и моя спутница, — он ухмыльнулся, протягивая руку, чтобы снова заправить мне волосы за ухо.

И я снова смутилась, опуская голову по привычке. Дан не позволил спрятаться, ласково взял за подбородок, не разрешая смотреть в пол.

— Не надо смущаться, Лен. Это я сегодня весь вечерь попадал впросак, а ты изо всех сил старалась спасти наше свидание. Посмотри на меня. Я же не страшный.

— Все еще страшный, — пискнула я, но при этом задрала голову. Как-то боязно было ослушаться его приказа — пришлось смотреть боссу в глаза.

Он отпустил мой подбородок, чтобы провести костяшками пальцев по щеке. Я сжала кулаки, чтобы не задрожать от легкой ласки.

— Не бойся, — проговорил Дан, делая шаг вперед, сокращая расстояние между нами, предупредил, — Я тебя сейчас поцелую.

Хорошо, что он обозначил план действий. За те доли секунды, что Ерохин склонялся к моему рту, я успела упереться ладонями ему в грудь, обозначая несогласие.

— Нет, — проговорила я твердо.

Нужно было еще и отойти назад, но получилось наоборот — уткнуться носом ему в рубашку. Спряталась. Босс тут же сориентировался, положил одну ладонь мне на талию, вторую на спину, притянул к себе ближе, заставляя прижаться теснее.

— Нет? — уточнил он.

— Нет, — повторила еще раз.

Дан обреченно вздохнул, но отпускать меня не спешил. Наоборот, продолжал обнимать. Его ладонь заскользила выше, вдоль позвоночника. Он погладил мою шею, запустил пальцы в волосы.

— Жаль, — выдохнул мне в макушку, потерся щекой о волосы.

Я задрожала, не в силах больше бороться с томным волнением.

— Почему? — спросил Дан.

Господи, что за вопросы? Неужели нельзя принять, как факт и смириться? Я молчала, не зная, что сказать.

— Я тебе не нравлюсь? — начал задавать он еще более неудобные вопросы.

— Нравишься, — решила быть честной. Как он может не нравиться? Это же бред.

— Слишком рано?

И тут не хотела лукавить.

— Немного. Отчасти.