– А я тут про вас пораспрашивал и, честно сказать, ни словечку не поверил. Вот и скажите: правду люди говорят или брешут как водится?

– Я же не знаю, чего вам наговорили, - буркнула Арьере, увлечённо перчатки натягивая.

Надевание перчаток - дело сложное и трудоёмкое, требующее предельной концентрации.

– Так болтают, будто вы учёная дама, академик прям.

– Нет, я не академик, - улыбнулась Тильда, - всего лишь доктор.

– Врач, что ли?
– изумился Доусен.

– Доктор наук, да и эту степень получила совсем недавно, зимой. Но в Королевской академии курс лекций действительно читала.

– Ни хрен...
– Джерк подавился словами, кашлянул неловко.
– Прощения прошу, просто удивился сильно. Чесн’ слово, скажи кто другой, так в жизни бы не поверил. Хорошенькая, молоденькая и вдруг такой умище!

– Не такая уж я и молоденькая и про ум не мне судить.

Тильда всё-таки не выдержала, рассмеялась и тут же оглянулась, не видит ли кто, как она с конюшим хихикает. Но двор перед каретным сараем был пуст, только курица в пыли возилась, да у загона темнели мужские фигуры, наверное, Карт со старухиным внучком. Но они стояли так далеко, что и не понять, где Крайт, а где Ревер.

– Да прям’ не молодая, - усомнился Доусен, которому на всё приличия явно было начхать.
– Двадцать-то вам есть?

– Мне почти двадцать шесть.

– Ну и ну, - Джерк сдвинул свою диковинную шляпу на лоб, поскрёб затылок.
– Всё чудесатей и чудесатей. Не, это, конечно, у нас девчонки замуж летят, не успев из коротких юбчонок выпрыгнуть, а тут всё по-другому, по уму. Но академиков-то вы и впрямь учите.

– Да нет, не учу, - Тиль костяшкой потёрла кончик носа, пряча смешок.
– Видите ли, механо-психология наука совсем новая, ей во всём мире занимаются единицы, но очень перспективная. Раньше неисправных спиритов просто списывали, а теперь их можно корректировать - это большая экономия. И я предложила принципиально новый метод работы, он даёт хорошие результаты. Поэтому меня и удостоили чести выступить в академии.

– Ни слова не понял, - честно признался Доусен.

– Да вам, наверное, это и не очень интересно, - спохватилась Арьере.
– Простите, просто я как сяду на любимого конька, так меня и несёт.

– Что вы всё время извиняетесь?
– сердито буркнул Джерк, брови нахмурив.
– И мне взаправду интересно. Приезжал ко мне на ранчо тоже такой учёный, какие-то там поилки-кормилки железные втюхивал. Вот он говорил, будто лошадям конец пришёл. Мол, скоро всё машины заменят. Я, понятно, его послал подальше, да нет-нет, а думаю: вдруг прав?

– Ну конечно, прав, а как же иначе? Машины обходятся куда дешевле животных, а спириты и вовсе ничего не стоят. Ещё они безотказны.

– Только вот сюда вы на коляске прикатили!

– У меня есть самоходный экипаж, но дороги ещё не просохли, он застрянет, - непонятно с чего начала оправдываться Арьере.

– Вот видите, - разулыбался Доусен, - а сами говорите!

– Да я вам не то говорю!

– А я то!
– упёрся Джерк.
– Да и вообще, пихать померших в машины - это, скажу я вам!.. Не по-человечески так поступать. И хоть в храм меня не заманишь, а Небу такие штуки тоже вряд ли нравятся.

– Ну вы же умный мужчина, - всплеснула руками Тиль, - а такую ахинею несёте! Никто покойников в аппараты не суёт. Спирит - это только сознание, да и то изменённое, очень ограниченное, практически лишённое индивидуальности. А...

– С чего эт’ вы взяли, будто я умный?
– ухмыльнулась нахал.

– Разве нет?

– Значит, я вам тоже по нраву пришёлся?

– Вот уж глупости! И должна напомнить: я замужем, - отчеканила Тиль.

– А разве тот индюк не любовником приходится?

– Он мой кузен!

– Кузен-то кузен, да я слыхал, будто вы с ним третья вода на киселе. К тому ж, кому какое дело? И тут, и у нас двоюродные друг на друге то всё время женятся.

– Вы такие глупости говорите, что это просто в голове не укладывается!
– возмутилась Арьере.

– Если я всё правильно понял, вам не по нраву, что он родич, а не что любовник?
– прищурился наглец.

– Ну знаете ли!..

– Ладно, ладно, - примирительно протянул Доусен, выставив перед собой ладони, будто защищаясь.
– Я глупость сболтнул, вы погорячились. Не собираюсь в ваши дела лезть. А вот запросто поболтать - это забавно. Не желаете на лошадке покататься?

– Я не очень хорошо верхом езжу, - проворчала ещё не успевшая остыть Тильда.
– Да и в седле давно не сидела.

– Ну так я оседлаю кобылку?

Джерк ткнул большим пальцем куда-то за спину. Надо понимать, там неосёдланная кобылка дожидалась.

– Я же сказала...

– Да я слыхал, что вы сказали. Мол, давно не ездили и всё такое. Но про то, что не хотите, ни слова не было.

– Вы несносны!
– выпалила Тиль.

И опять почему-то рассмеялась, хотя вроде ничего смешного не произошло. Наоборот, ей давно бы стоило прекратить этот глупый, а, главное, совершенно неуместный разговор.