Он продолжает играть, и когда доходит до куплета, Лайла поет:

– Люблю я. как звучит гранат. Наверно, я с другой планеты. – Она смеется.

– Моя планета состоит из гранита, – поет он и останавливается. – Видишь? Невозможно.

– Необязательно употреблять слово гранат, – говорит Лайла. – Сыграй еще раз. Я спою первое, что придет в голову.

Он играет.

Она поет:

– Мне нравится слушать, как звучит твое имя. – Она замирает и краснеет. – Твое, то есть, не твое. То есть, текст же не должен быть основан на правде? Мы можем придумать песню, представив, что это кто-то другой поет о чем-то. Забудь. Давай сначала.

– Нет. Это хорошая первая строчка. Давай продолжим. Мне нравится слушать, как звучит твое имя. Я хотел бы услышать...

– Что ты можешь сказать?

– Отлично. Теперь что-то, рифмующееся со сказать... Много денег тебе хочу передать...

Он поет, смеясь.

– Как насчет: Хотел бы много внимания тебя уделять?

– ...А не заниматься домашкой.

– Вместо того чтобы заниматься делами, которыми должен.

– Хорошо. Хорошо. Но давай сократим. Вместо того чтобы делать то, что должен.

Лайла записывает придуманный ими текст в блокнот.

– Ладно, давай споем, что получилось.

Мне нравится слушать, как звучит твое имя.

Я хотел бы услышать, что ты можешь сказать.

Хотел бы много внимания тебя уделять,

Вместо того,

Чтобы делать то, что должен.

– О-о, говорит она. – Хорошо звучит. Спой еще раз, а я попытаюсь спеть в гармонии.

– Не уверен, что тогда у меня получится спеть.

– Получится. Пой свои ноты и держись их, что бы я ни пела. Слушай себя и не позволяй себе съехать с нот. Представь, что стоишь на одной стороне улицы, а я на другой. Мы параллельны. И идем в одну сторону, но ты должен придерживаться своей стороны улицы.

– Хорошо.

– Спой вот это. – Она демонстрирует ему ноту. Он ее повторяет. – Продолжай ее петь. – Она добавляет ноту на треть выше. Она несколько раз репетирует с ним, и он понимает.

– Мы молодцы, – говорит она.

– На самом деле молодцы! – признает он. – Надо сыграть это в метро.

– На это нужно разрешение, – говорит Лайла. – Я как-то читала статью про это. Им надо прислать на прослушивание видео.

– Значит, надо его записать. Или можем петь на свадьбах. Я был на одной в сентябре, и музыка там была ужасной. У нас выйдет гораздо лучше.

– Можно!

Без предупреждения открывается дверь, и на них смотрят мисс Кеттеринг с мистером Якоби.

– Лайла! – произносит мистер Якоби.

Лайла подпрыгивает.

– Мы просто вместе работали над музыкой.

– Я знаю точно, что правило совершенно четко гласит, – говорит мистер Якоби. – Музыкальные студии не для общения.

– Мы не общались, – говорит Трипп. – Мы...

– Прибереги свои отговорки, – перебивает его мисс Кеттеринг. – Пойдем-ка в кабинет для дополнительных занятий. Я хочу переговорить с тобой и Бенджамином.

Стоит Триппу отложить гитару, как мистер Якоби говорит, что тот потерял привилегию занятий в студии. И точка.

Лайла бледнеет.

– Но это была моя идея. И это я меня надо лишать привилегий.

Трипп против, но мисс Кеттеринг выталкивает его за дверь.

КОРИДОР ШКОЛЫ РОКЛЭНД; 15:16.

Полдня Лайла проходила в шоке, не в состоянии сосредоточиться ни на чем, кроме мысли о том, что Триппу запрещено возвращаться в музыкальную студию. От напряжения и попыток ходить на уроки с видом, будто ничего не произошло, у нее сводит живот. Как только заканчивается последний урок, она сразу же пишет сообщение Энни, что ее не надо сегодня подвозить домой. Еще одна ложь, но она должна найти Триппа.

Она спешит к своему шкафчику и только собирается отправить ему сообщение, как появляется Энни.

– Привет, Лайла, я сегодня кое-что узнала про Триппа Броуди. – Хоть тон у Энни и легкий, но Лайла так и чувствует исходящую от нее враждебность.

– Правда? – Тепло приливает к ее лицу. Она сосредотачивается на рюкзаке, сделав вид, что заела молния.

Энни продолжает:

– Сегодня по расписанию я была репетитором в кабинете для дополнительных занятий, и мисс Кеттеринг обнаружила, что Трипп пропускал занятия с Бенджамином Фиком.

Лайла убирает блокнот в рюкзак и закрывает его.

– Каким образом она это обнаружила? – попытавшись звучать незаинтересованной, она начинает идти.

Энни следует за ней.

– Не уверена, но я разговаривала с Патрисией Кент, и она сказала, что Трипп играл на гитаре в студии, но это бессмыслица какая-то, ведь там была ты. Ты его видела? То есть, ты же сегодня была там?

Сердцебиение Лайлы ускоряется.

– Я ничего не знаю.

Энни останавливается и смотрит.

– Это была проверка, Лайла. И ты ее не прошла. Ты врешь, а я так от этого устала. Ты обещала, что не будешь с ним встречаться, и что в итоге? Встречаешься у меня за спиной. – Говорит она и набирает скорость.