Что она могла тогда сказать? Джос решил уехать, собрался делать карьеру. Жена и ребенок только помешали бы ему. Собственно, он ясно дал ей это понять.

Она откинулась на подушки и еще долго не могла заснуть. Когда же, наконец, забылась беспокойным сном, подушка была мокрой от слез.

Хелен спала так скверно, что даже обрадовалась, когда пришла пора вставать, и одеваться. Она выбрала один из костюмов, сшитых по ее собственной модели, юбку цвета хаки, жакет с короткими рукавами и блузку приятного серо-зеленого цвета, идущего к ее глазам.

Она только успела поставить на плиту кофейник, как появился Джейми и уселся за стол.

— Ты сегодня рано, — заметила она с некоторым удивлением. Обычно его приходилось вытаскивать из постели силой.

Джейми зевнул.

— Я проголодался.

— Насколько проголодался? — спросила Хелен. — На кашу с тостом или яичницу с беконом?

— Спасибо, мам, только кашу. Я сам достану. — Джейми направился к буфету, взял свои любимые хлопья и насыпал их в большую миску.

Хелен поставила перед ним стакан с апельсиновым соком и легонько обняла его, когда он усаживался.

— А это еще за что? — спросил он, тоже обнимая ее.

— Просто в честь доброго утра.

Он полил хлопья молоком и съел пару ложек. Хелен уселась напротив, намазывая масло на тост.

— Мам?

Она подняла голову и встретила его взгляд.

— Помнишь, мы вчера говорили о том, что тебе надо встречаться с кем-то и все такое? Скажи, ты никогда не собиралась снова выйти замуж?

Она удивленно подняла брови.

— Нет, даже и не думала.

— Наверное, ты очень любила папу, да?

— Да, любила. — Хелен заставила себя спокойно намазывать на тост земляничный джем.

— И потому ты никогда не хотела снова выйти замуж?

— Частично. К тому же у меня не было времени об этом задуматься.

— Но если ты кого-нибудь встретишь, какого-нибудь мирового парня, ты ведь выйдешь, так?

— Возможно, — осторожно согласилась она.

— Понимаешь, когда я вырасту, и у меня будет свой дом, вы с бабушкой останетесь здесь совсем одни.

— Надеюсь, ты еще не собираешься от нас уезжать? — пошутила Хелен, чтобы не заострять внимание на столь деликатном вопросе.

Джейми сердито нахмурился.

— Конечно, нет. Я серьезно, мам, — укорил он ее, и Хелен вздохнула, понимая, что ей не удастся увильнуть от разговора, поскольку сын настроился изображать из себя взрослого мужчину.

— Я бы не возражал против отчима, — торжественно сообщил он. — Я ведь знаю, мам, ты за кого попало замуж не выскочишь.

— Спасибо, — коротко вставила Хелен, но Джейми продолжал как ни в чем не бывало:

— Ты же не выйдешь за такого, как у матери Мика Гейвина. Мик говорит, что отчим у него — настоящий обормот.

— Джейми!..

— Я помню, мы вчера уже говорили, но, что ты на самом деле думаешь о Грэге Брэдли? — спросил он с вполне серьезным выражением на юном лице.

— Мы с Грэгом просто друзья, и я не собираюсь что-то менять в наших отношениях. Я же тебе говорила, Джейми. С чего бы ты снова этим заинтересовался? Мне-то казалось, он тебе не нравится.

— Не слишком. Я ведь говорил, он нытик, да еще притворяется, будто я ему нравлюсь, когда ты рядом. Он подлиза.

— Джейми, мне кажется, ты себе слишком много позволяешь.

— Точно, подлиза.

— Джейми, — твердо произнесла Хелен, — тебе не следует говорить о Грэге в таком тоне. Это очень грубо.

— Так я же только тебе, мам. Честно. — Он опустил глаза в миску с завтраком, вяло водя ложкой. — А Джос не нытик, — как бы, между прочим заметил он.

У Хелен внезапно пересохло во рту, и она быстро сглотнула.

— Джейми…

— Он классный парень, — поспешно продолжал Джейми. — Мне он очень нравится. И я бы хотел… ну, вообще, я хотел, чтобы ты это знала.

Хелен посмотрела ему прямо в глаза.

— Послушай, Джейми. Джос — двоюродный брат твоего отца, он мой и его друг, вернее, был им. Но прошло очень много времени. Люди меняются и… — Она помолчала. — Я не хочу, чтобы ты думал, будто что-то, ну что…