–  Плохо видно,- сказал он, не отрывая взгляда от экрана.

–  Включи усиление и фильтрацию сигнала,- спокойно посоветовала Рипли.

Арон, наморщив лоб, поискал на пульте нужную надпись, нашел, щелкнул тумблером и вновь поднял глаза на экран.

–  Смотри, смотри…,- прошептала Рипли.

–  Ты знаешь, я совершенно не разбираюсь в анатомии,- растерянно заявил он.

–  Если есть внутренние кровотечения, на картинке будут такие черные пятна. И посмотри, нет ли трещин в основании черепа.

–  Ага…

Теперь изображение стало более четким и резким. Сканер дополз до ног и не спеша двинулся в обратном направлении, давая возможность людям еще раз осмотреть больного. Он миновал ноги, таз и переполз на живот женщины.

–  Тут какая-то белая линия,- тревожно сообщил Арон, напряженно вглядываясь в экран.

Сканер застыл над грудной клеткой, и на мониторе появилась надпись: «ЧУЖАЯ ТКАНЬ».

Арона прошиб холодный пот. Он почувствовал, как зашевелились волосы у него на затылке. Ибо он рассмотрел то, что находилось в груди у Рипли.

Женщина услышала, как тюремщик вздохнул. Этот судорожный вздох больше напоминал всхлип тонущего человека.

–  В чем дело?- спросила она, открывая глаза и поворачивая голову к белому, как мел, тюремщику.

–  Это в тебе…,- прошептал Арон.

Рипли почувствовала спазм в животе, словно в него затолкали холодный металлический подшипник. На мгновение ей не хватило воздуха.

–  Не может быть…

Как? Когда? Когда это успело забраться в нее? На корабле? В шлюпке? Когда? Или еще на планете? Нет. Она бы знала об этом. Значит, все-таки на корабле?

Лопнувшее стекло на саркофаге девочки!!! Это попыталось забраться внутрь, но не успело. Оно поранилось, и пока затягивалась рана, Головастик утонула! А потом оно, вероятно, хотело использовать Хикса, но и это почему-то сорвалось. И тогда паразит забрался в ее капсулу. Оно сидело у нее на лице на протяжении всего полета, поэтому Рипли и осталась жива! Господи…

–  Как оно выглядит?…- спросила она.

–  Оно… Оно ужасно…

–  Я должна увидеть…,- решительно сказала женщина,- Я должна увидеть. Нажми «паузу».

–  Нет. Я думаю, тебе лучше не делать этого.

Арон покачал головой, все еще не отводя взгляда от экрана, на котором шевелилось нечто страшное. ЧУЖОЕ.

–  Нажми «паузу»!
– почти выкрикнула Рипли.

Тюремщик дернулся, словно его ударили, и… нажал кнопку.

Изображение застыло. Черно-белое, резкое.

Рипли села в диагносте и повернулась к монитору.

Это было даже хуже, чем она ожидала. Да. Много хуже. Знакомую змееобразную голову венчала тонкая,

пока еще не затвердевшая, корона, о от хвоста тянулась белая длинная полоса. Пуповина.

Рипли почувствовала, как шлюпка поплыла перед глазами… Ей даже пришлось на мгновение зажмуриться, чтобы привести себя в чувства.

Это был не просто воин. Это была КОРОЛЕВА. Существо, плодящее себе подобных! Тысячи и тысячи смертей, заключенных в коричневые, истекающие слизью коконы.

–  О, Боже!
–

Поэтому ЧУЖОЙ и не убил ее. Он не смотрел на Рипли. Он принимал ПРИКАЗ.

Если Королева появится на свет, это будет означать конец всему. Конец тому миру, который построили люди. Прочному и незыблемому, хрупкому и беззащитному.

–  Мне очень жаль…,- прервал ее размышления Арон,- Мне, действительно, очень жаль.

Женщина, не говоря ни слова, встала и начала одеваться. Она сейчас не слышала тюремщика. Ей было все равно, что он скажет. Для нее ситуация превратилась в жизненно важный вопрос, и чем больше Рипли думала, тем яснее понимала, что на этот вопрос есть только один ответ.

Ден Луин рассматривал мутную фотографию, полученную четырнадцать минут назад по каналам сверхдальней суперсрочной связи. Сигара, измочаленный кончик которой он нервно терзал зубами, дрожала в пересохших губах. Едкий голубоватый дым выползал из приоткрытого рта, отчего Ден Луин становился похож на кошмарного киноупыря. Толстые сардельки - пальцы любовно поглаживали уголок глянцевой бумаги. Серые брови сошлись на переносице изогнутым мостиком. Холодные рыбьи глаза пристально изучали расплывающуюся картинку, в углу которой белели две надписи: «Чужая ткань» и ниже, чуть мельче - «Пауза».