– И что нам делать?

– Тихо пробираться к дороге, что еще? Если, конечно, ты не собираешься делать благотворительные взносы.

– Слушай, – я нагнала его, заглянула в глаза, – откуда у деревенского парня такой запас слов? Простой трудяга-фермер так не изъясняется.

– Библиотека, – коротко ответил он. – Хорошая, но маленькая и старая.

– Это на ферме-то, где пару книг с радостью обменяют на здоровую лошадь?

– Сейчас, наверное, они уже так и сделали, – Квентин тяжело вздохнул. – Но это не имеет значения… не должно иметь. Не думаю, что я туда вернусь.

– Настолько не любишь тетю с дядей?

– Настолько не уверен, что будет с нами послезавтра.

Я обернулась: лагерь уже скрылся за деревьями. Впереди светлела дорога.

– Знаешь, все-таки ты права, – вдруг сказал Квентин. – Идти пешком опасно. Попробуем остановить дилижанс.

– Думаешь, возница остановится? Зная, что тут разбойники?

– Меня больше беспокоят они, чем возница. Ты когда-нибудь дралась на дуэли?

– Гм…

– А не на дуэли?

– Вообще-то в Теми с этим строго, – неохотно сказала я. – Мэтр давал нам уроки с одним лишь условием: не применять эти знания на практике без крайней нужды.

Мы вышли на дорогу, и Квентин зажмурился, подставляя лицо солнечному свету. Я огляделась. Ни разбойников, ни дилижансов на горизонте не было.

– Квентин, а ты смог бы направить огонь на человека?

Он вздрогнул.

– Смог бы. Почему ты спрашиваешь?

– Угадай с пятидесяти восьми раз, – огрызнулась я. – Жить хочу!

– Они тоже хотят.

– Ага. За наш счет. Только какое нам… Ой!

Впереди дорогу пересекал еж. Живой, крупный, весь в иголках и очень сосредоточенный.

Мы переглянулись. Я не знаю, видел ли раньше ежей Квентин. Я – раза два, издалека. Не сговариваясь, мы рванули вперед. Еж, похоже, заметил и нацелился прямиком в лопухи.

Ноги ухали по пыли, а сердце стучало, будто я бежала от грабителей. Квентин, раскрасневшийся и растрепанный, выглядел не лучше. Он опережал меня на два шага, но толку! Еж нырнул в траву у нас перед носом.

– Вот ведь, – я осторожно раздвинула лопухи. – И куда он делся?

– Наверное, тут подземный проход, – предположил Квентин. – Он сейчас аккуратно переберется на ту сторону, потом потопает сюда, а мы его подстережем!

– Ни один нормальный еж не будет заниматься такими глупостями! – возмутилась я. – Ежик, ну выходи, дай покоситься!

В зарослях послышалось шебуршание.

– Вот же он… что за?…

Перед глазами возникла суковатая дубинка. Я едва успела откатиться, как следующий удар чуть не раздробил колено. Какого!… Что тут вообще происходит?

Пахнуло немытым телом. Я попыталась привстать, опираясь на землю, но нога проскользнула вперед, и я больно упала, в этот раз на локти. В руке остался пучок травы.

– Стойте, олухи!

Квентин, безоружный, стоял на пригорке, тяжело дыша. По виску стекала кровь. Его окружили еще двое.

Кажется, это разбойники и есть.

Последний из нападавших стоял в стороне, положив руку на рукоять меча. Плохонького, кстати… такое железо мой кортик перерубит на раз. Вот только кто даст мне его достать?

– Деньги, вещи. Живо, – скомандовал он. – Трупы нам не нужны, заберем и уйдем.

– А трупы, надо полагать, здесь оставите? – Квентин еще пытался острить.

– Кому ты нужен, сопляк, – хмыкнул тот.

Пепел с ними, с деньгами, но мое оружие! Подарок! Я приподняла голову и посмотрела на «своего» лиходея. Ах ты!… Рыжий мужичок, с пузом и жиденькими усиками. Да я ж ему небось раз двадцать мед наливала, а он, поганец, мне дубиной по ноге в благодарность! И еще на мой кортик зарится!

Он заметил мой взгляд и ухмыльнулся.

– Ну что? Сама отдашь или руку сломать?

…И ни разу не развести руками, как Квентин, и не выпустить темное пламя с обеих ладоней… Отказаться от имени, от огня, от судьбы и с позором поковылять домой, в Темь, в болото, где я никому не нужна…

Я поняла, что сейчас его убью. И никто меня не остановит.

– Не рано ли радуешься?

Квентин быстрым шагом направился к вожаку. Двое, что стояли рядом с ним, тут же схватили его за плечи, вынуждая остановиться, но он, похоже, этого даже не заметил.

Я перевела взгляд на его руки. Кулаки сжаты. Проклятие!

– Долго собираешься, – равнодушно сказал разбойник. Кивнул одному из тех, что держали Квентина, и тот коротко, умело ударил моего спутника в живот.

Что произошло дальше, я не поняла.