– Кончиты?

– Кончиты, которая заходит выпить кофе, звонит тебе по сто раз в день. Закрывается с тобой в кабинете...

Франс сказал что-то резкое по-испански, снял руку с ее плеча и отступил.

– Не понимаю, что здесь происходит. Кончита ушла из моей жизни.

– А Робин - из моей.

Он сложил руки на груди и пристально посмотрел на нее.

– Может быть, но ты постоянно упоминаешь о нем.

– Естественно. Мы ведь были близки. Ты, например, рассказываешь, как тебе нравится коррида, а я вспоминаю Робина. Он был без ума о г футбола.

В футболе Робин разбирался не больше, чем она в корриде, и вообще Лаура давно уже не думала о своем бывшем любовнике, но сейчас это не имело значения. Она любила мужа, а муж.., муж не мог жить без некоего замшелого кодекса чести. И, по всей вероятности, без женщины, на которой так и не женился.

– Я так понимаю, ты сожалеешь о том, что вышла замуж за меня, а не за него?

– Что за вопрос? Ты ведь просто не оставил мне выбора, помнишь?

– Я сделал то, что...

– Если ты произнесешь это еще раз, - ее голос дрогнул, - я брошу в тебя чем-нибудь.

Его лицо потемнело.

– Вероятно, - сдерживаясь, сказал он, - мы наговорили сегодня лишнего.

Лаура видела, что муж рассержен и пытается не дать волю чувствам, понимала, что и ей нужно последовать его примеру. Однако осторожность и благоразумие уже отступили перед мучительным осознанием простого факта: она по глупости влюбилась в человека, который никогда ее не полюбит.

– Возможно, нам следовало сказать это все раньше.

– Лаура, я знаю, что тебе пришлось нелегко. Эта перемена в твоей жизни...

Франс замолчал и выжидающе посмотрел на нее. Она помолчала, а когда заговорила, то сказала совсем не то, чего он ждал.

– Ты прав. Мне тяжело. Я живу здесь, в глуши, без друзей, вдали от дома .
– Лаура всхлипнула. Как бы ей хотелось, чтобы все было иначе, чтобы она не влюбилась в это место, в этого мужчину!
– Но ты никогда не думал об этом.

– У меня не было выбора!

– Не кричи на меня!

– Я не кричу!
– взревел Франс - Просто хочу напомнить, как ты до этого дошла. Этот твой драгоценный любовничек бросил тебя - Ну и что?

– А то, что ты от горя переспала со мной - Нет!

– Ну извини, если я что-то перепутал. Освежи мою память, дорогая. Мы встретились. Ты отрывалась на вечеринке, позабыв обо всем на свете, и в итоге оказалась в постели с первым попавшимся на глаза мужчиной.

– Не правда!

– Нет? Что ж, тогда давай попробуем по-другому. Мы встретились. Ты была пьяна. И из-за этого тебе показалось, что переспать с незнакомцем...

Лаура ударила его по щеке. Франс схватил ее за руку и притянул к себе Она чувствовала, как колотится его сердце, чувствовала его гнев, исходящий жаркой волной.

– Мне было плохо.
– Голос у нее задрожал, но в глазах, блестевших от слез, таился вызов.
– Ты это знаешь.

– Так плохо, что ты улеглась в постель с первым встречным?

– Нет! Все было не так, и ты это знаешь. Все было по-другому.

– Неужели?

– Да...

Франс смотрел на нее, ожидая, что она скажет что-то еще, объяснит... Что было по-другому? Уж не собирается ли она заговорить о любви? Но такого чувства не существует. Если она скажет, что любит его, он...

– Так что?
– спросил он, ненавидя себя и за этот холодный тон, и за то, как замерло в груди сердце в ожидании ответа. Ответа, ставшего вдруг таким важным.
– Что было по-другому, когда мы занимались с тобой любовью?

Лаура вырвала руку из тисков его пальцев. Выпрямилась и подняла голову все мечты валялись у ее ног, как разбитое зеркало.

– По-другому, - сказала она, зная: единственное, что у нее осталось, это гордость, и только ложь поможет ей сохранить эту гордость, - потому что я от тебя забеременела.

Глава 11

Бледный лондонский солнечный свет, не способный оживить даже золотые осенние листья, вяло втекал в окна комнаты для гостей в шикарной двухэтажной квартире Патриции Дженкинс. Комната, обычно светлая и веселая, казалась мрачной.

Патриция, только что вернувшаяся домой, некоторое время постояла у двери, наблюдая за Лаурой. Сестра сидела в обитом синим бархатом кресле с дочкой на руках и пыталась - судя по всему, безуспешно - накормить ее.

Изобразив на лице улыбку, Патриция бодро вошла в комнату и включила лампу.