Отстаёт. На время, я полагаю.

После разминки надеваем вариант костюмов для будущего выступления. И производим забавное впечатление на своих товарок. Пялятся на нас во все глаза. Как первый раз увидели.

Вторую неделю работаем с обручем. Крутить я его раньше не умела. Вика тоже, но научилась почти мгновенно. Наверняка хореографическая выучка сказалась, во многих танцах используются волнообразные движения телом.

Карину я передумала приводить сюда. Вернее, Ольга меня отговорила, когда я ознакомила её с параметрами девочки:

— С таким телосложением она здесь моментально комплекс неполноценности схлопочет. Поработай с ней сама, пусть она подрастёт. Тогда посмотрим.

Пока с Викой работаем над собой. Подготовка к выступлению выходит на финальную стадию. Окончательное составление композиции, доводка, шлифовка. В неторопливом разминочном темпе. Не получится какой-то эпизод? Да и шут с ним! Или выбросим, или оставим несовершенным. Хотя на второе королева не согласится.

29 ноября, пятница, время 21:30.

Москва, квартира Молчановых.

Скрупулёзно вычисляю результаты бесцеремонных экспериментов над собой. Журнал-то веду ежедневно, отмечаю величину и продолжительность усилия вытяжного девайса. Время суток тоже. Но подбивать итоги имеет смысл, если есть заметный прогресс. И вот наконец уверенно получен реальный результат. Мой рост стал сто семьдесят один. На один сантиметр ноги стали длиннее. Соответствует коэффициенту фактурности сорок девять и четыре. До применения вытяжки было сорок девять и семь.

Результат замечательный, теперь надо вычислить предел. Меньше сорока девяти делать не стоит. Уродливо длинные ноги мне тоже ни к чему.

Выстраивать математическую схему для вычисления мне лень, поэтому действую наощупь, методом тыка. Получилось, что при росте от 172 до 172,5, достигнутого за счёт удлинения ног. коэффициент фактурности будет от 49,1 до 49 (даже чуть меньше, но сотые доли округляю).

Вот это и есть предел, который не стоит пересекать: сто семьдесят два с половиной сантиметра. Малюсенький запас не повредит. Тело с возрастом меняется, и обычно не в лучшую сторону.

— Что ты там высчитываешь? — за мою шею и окрестности принимаются ласковые руки Эльвиры.

— Один из базовых параметров моей волшебной красоты, — отвечаю предельно честно и серьёзно, но она почему-то хихикает.

На ночь снова цепляю девайс. У Катрины в этом мире всё должно быть замечательным. В том числе и длина ног.

15 декабря, воскресенье, время 14:50.

Центр искусств, зал художественной гимнастики,

Всё повторяется, только в другом месте. Я и Вика неторопливо разминаемся. Лёгкая десятиминутная пробежка по залу. Вторая пятиминутка — упражнения на бегу, начиная с обычного приставного шага и заканчивая прыжками. С разведением ног, с прогибом и тому подобным. Опять-таки без фанатизма — нет нужды разгонять себя до пота, нам нужно всего лишь разогреться.

Конкурсный танец выстроен, отшлифовали мы его тоже без напряжения. Сложные прыжки — в аут. С сожалением отказались от жете с прогибом. Эффектный элемент, но мы в обуви выступать будем.

Ольга даже особого интереса к нам не проявляет. Мимоходом что-то скажет и возвращается к основной группе. Кстати, на здешних девочек у меня появляются виды. К кое-кому не помешает подбить клинья.

— Мне кажется, или ты действительно выше стала? — Ледяная глядит на меня оценивающе.

Хмыкаю. Она права. Вытяжной девайс выполнил возложенную на него важную функцию. Я стала выше на два с половиной сантиметра. И ноги, хи-хи, у меня теперь длиннее, чем у Вики.

— Ты права, я чуток подросла. А ты хочешь?

— Что значит «хочешь»? — Вика делает глаза. — Разве это от моего желания зависит?

Ага! Значит, Альберт Францевич держит рот на замке, как и обещал.

— От желания человека многое зависит, — напускаю туману. — Подумай сначала, надо ли. Я вот считаю, что рост от ста семидесяти пяти и выше для нас опасен.

— Чем?

— Мы сузим себе выбор. Представь девушку ростом в сто девяносто. Много ли парней захотят к ней хотя бы подойти? Не говоря уж о тесном знакомстве?

— Эвон куда тебя занесло!

Мы подходим к шведской стенке на растяжку и продолжаем болтать. Это, между прочим, здорово помогает. Беседа сильно отвлекает от болевых ощущений, каковые для нас сейчас и без того практически символические.

— Ты, видать, не осознаёшь, — выпрямляюсь из загиба назад. — Мы сейчас на пике красоты и популярности среди мальчиков. И продлится он не так уж долго.

Королева хмыкает. Сразу, как только выходит из мостика. Справедливо хмыкает. Конкретно у нас не пик, а широкое плато. Лет до тридцати пяти точно мужчины не перестанут стирать о нас глаза.